«— Саша, отдать Газпром — это значило отдать Россию…» — Борис Немцов

31 МАРТА 2006 ГОД

Источник «Комсомольская правда»
Интервью Борис Немцов: «У меня не четыре жены, а только три!»
С Борисом Немцовым беседует Александр Гамов

…«Могу дать тебе трусы с девушками», — сказал Немцов. Заметив, как у меня загорелись глаза, он уточнил: «Девушки не настоящие, а нарисованные. В трусах с девчонками я езжу на серфинг». Немцов же надел красные: «Я ж на самом деле большевик!» — «Но зачем в бане трусы?» — «Сначала в спортзал!»

«Я Родину не продавал»

Мы с Немцовым стали подтягиваться на турнике, и девчонки на моих трусах радостно запрыгали…

— Борис Ефимович, как вам хватает любви на такое количество женщин?
— А на какое количество?

— Ну, у вас же четыре семьи.
— Не четыре, а три. Не пиши, что четыре. А то в остальных трех будут скандалы. Но давай сначала о деле.

— Тогда о взятках. Вот говорят: Немцов не ворует. Как-то не верится.
— Частный же сектор кругом — где воровать-то?

— Странно… А на что тогда живете?
— Я же не чиновник. Работал в бизнесе в концерне «Нефтяном» два года, заработал прилично.nemtsov

— Сколько?
— Не хочу расстраивать читателей «Комсомолки», скажу коротко: много.

— Взятки-то хоть предлагали?
— Было — миллион долларов за приватизацию нефтеперерабатывающего завода в Нижнем Новгороде.

— Ого! И чего же вы? Взяли?
— Побоялся, что посадят. Не смейся, серьезно говорю. И еще я боялся огласки. Потому что репутация — это капитал. Люди, которые берут на должности и потом уходят, — их уже никто к себе не берет. Ведь как думает бизнесмен? Я этого чинушу сейчас возьму, а он будет у меня воровать. Люди с гнилой репутацией никому не нужны.

— Да я бы не сказал!
— Мне много раз предлагали взятки: и когда я был губернатором, и вице-премьером, и в Госдуме… А потом перестали предлагать.

— Почему?
— Рынок взяток — он хорошо информирован. Когда чиновник берет — об этом сразу узнают — возникает лавинообразный процесс: начинают давать, давать… А если не берет — слух тоже распространяется, и перестают даже предлагать.

— Но другие-то брать не боялись…
— Просто формула вора во власти такая: лижи задницу начальству и делай что хочешь — тебе все простят. Вот почему у Касьянова проблемы? Да если бы он власть обнимал-целовал, ты думаешь, дачный скандал возник бы?

— Он нечестный — Касьянов! Три дачи приватизировал. Миллиарды долларов из народного кармана!
— Подожди. Касьянов только слово сказал против, и уже — негодяй, жулик.

— А ты не воруй!
— Кто хочет власть критиковать, должен быть честным, иначе сядешь. Вот. Такая у нас страна…

— Но если вы такой честный, зачем тогда продали флаг?
— Какой? Кому?

— Артем Тарасов, первый советский миллионер, в мемуарах пишет, как Немцов приехал в Лондон и говорит: «Денег нет». А Тарасов: «Я тебе дам».
— Да, он взятку предлагал. Потрясен был, что я не взял. Но чтобы флаг…

— Вы сказали: я тебе лучше что-нибудь продам. Вот флаг России, недорого.
— Не помню. Ну, продал, так продал.

— Это же Родину, считай, продал!
— Да ладно… Шутишь, что ли? У нас флаги продаются в магазинах!

— А почему так дорого — 500 фунтов стерлингов! Спекуляция, выходит.
— Да черт его знает?! Слушай, рынок же. По-моему, это какая-то… А чего я его с собой взял, флаг-то?

— Ну, видно, на продажу.
— Ты меня, то есть, за «челнока» держишь? Лондонский «челнок»! Спасибо тебе большое!

— Пожалуйста.
Немцов мрачно взял в руки гантели. Я отошел подальше.

«Мне не нужна Звезда Героя»

…Баня, в которую привел меня Немцов, была «либеральной» и протоплена неважнецки — булыжники едва теплились. Даже веник был не березовый, а из полыни. «Это для запаха», — пояснил Немцов. «А похлестаться?»

— Вас же Ельцин в преемники хотел. Парился бы я сейчас с президентом.
— Я совершил ошибку. Если думал стать президентом, не надо было в Москву ехать, когда олигархи контролировали Кремль. Я тогда еще ввел термин «бандитский капитализм».

— Но не сам же Немцов расхотел в президенты, а Ельцин его расхотел…
— После того как согласился стать первым вице-премьером, я понял: они точно меня замочат. У меня была первая идея — чтобы воровство сократить.

— Ага, помню — пересадить всех на «Волги». Только почему вы привезли меня в баню на «Лексусе»?
— Это моя частная машина. Я личные деньги трачу, как считаю нужным.

— А-а-а…
— Был эпизод. Березовский пришел ко мне — а я был министром топлива и энергетики — и говорит: «Хочу возглавить Газпром». Я ему: «Ты в своем уме! Это пол-экономики страны! А кто, кто согласен-то?» Он: «Вяхирев,Черномырдин». Я говорю: «Не верю!» Позвонил Вяхиреву — тот нехотя: да, мол, придется Березовского на Газпром. Потом — Черномырдину. «Ну в принципе то, се… — мялся Черномырдин. — Я знаю, ты решишь правильно».

— Ушел от ответа?
— Типа да. Я сказал Березовскому: «Боря, ты никогда не получишь Газпром. Пока я здесь, понял? Можешь меня пристрелить…» Он тогда сказал…

— Ты не будешь преемником?
— Нет, он сказал: «Я тебя уничтожу — как политика!» И они зарядили телекиллера Доренко. У меня же рейтинг был, как сейчас у Путина. (Путин сказал потом: «Боря, как ты мог бороться с этими людьми, когда они управляли Россией? Они — а не вы с Черномырдиным и Чубайсом».) И мой рейтинг стал падать. А после позвонил Ельцин: «Я устал тебя защищать».

— Чего же вы так не просчитали?
— Мне надо было торговаться, пока не предложат пост премьера. И вот тогда были бы уже не страшны олигархи.

— Не жалеете?
— Не очень.

— А если бы вы тогда пошли на хитрость: отдали Березовскому временно…
— Газпром?!

— Газпром! Стали бы президентом, а потом Березовского арестовали.
— Саша, отдать Газпром — это значило отдать Россию. Они и так уже были близки к тому, чтобы все контролировать, Газпром был последней махиной, которая отделяла их от полного контроля над страной.

— Так это Немцов спас Россию?
— 100 процентов! Было еще одно дело. Вяхирев хотел 38 процентов акций Газпрома купить за 6 миллионов долларов, а Газпром стоит 200 миллиардов. Девять месяцев мы с ним воевали. Уже был оформлен трастовый договор на его имя. Если бы этот договор я не отменил, мы бы лишились страны.

— Да вы же Герой России! Вам Золотую Звезду в Кремле должны дать!
— Не надо. Я же не Рамзан Кадыров.

— Надо было во время выборов об этом рассказать. Глядишь, выбрали бы вас…
— Да ладно. Вот мы обсуждали, что делать, чтобы народ стал лучше относиться к Чубайсу. Я говорю: «Чубайс, тебе девочку из горящего дома спасти бы, вот ты просто постарайся!» А он: «Эх, даже если спасу, все потом объявят, что я специально поджег дом».

Почему демократы не остались в дураках?

— Подтянутый Немцов ушел в тень, а в СПС верховодит толстый и очкастый Никита Белых. Удивительно…
— Ерунда это все… Фигня.
Это я рекомендовал Никиту. Обещал же: если проиграем выборы — отвечу, уйду в отставку. В России еще никто ни за что не отвечал.

…Пока мы «точили демократические лясы», баню наконец разогрели. А Немцов смочил веник в кипятке и стал хлестать по моей журналистской спине.

— Но демократии-то от этого не легче.
— Да, демократы разрозненны, амбициозны. Но они — единственные носители демократической идеи. И потому должны быть едины, иначе шанса опять прийти к власти нет. Я не хочу быть лидером объединенной демократии. Но буду содействовать.

— Что-то плохо содействуете. Результатов не видно.
— Секунду! 15 лет разные люди пытались это сделать. Не получилось. А сейчас Явлинский, Рыжков, Хакамада, Каспаров, Белых, Касьянов — каждый понял: в одиночку шансов нет.

— Особенно если у тебя три дачи.
— У кого три дачи?

— Так у Касьянова.
— Запроса на демократов в России нет. Пока цены на нефть высокие, народ не интересуется политикой.

Но вы с Чубайсом много сделали, чтобы дискредитировать демократию.
— Демократия — это власть народа. Мы ничего не сделали для дискредитации власти народа. Реформы были болезненные, это правда.

— Не для всех, а только для народа.
— Народ — это и есть все.

— Не пострадали ни Ельцин, ни Чубайс. А у Немцова деньжата завелись.
— Я не одинок.

— И другие демократы на «Лексусах»?
— Из 145-миллионного населения от реформ выиграли 20 миллионов — они смогли купить себе машины. Число автомобилей в России за годы реформ выросло в 4 раза. Реформа антинародная, но пробки такие, что не проехать.

— Но почему реформаторы в числе этих 20 миллионов, а не остальных?
— Потому что они умные.

— А вам не кажется, что, если бы демократы оказались в числе дураков, они бы победили на выборах?
— Не кажется. В России ненавидят реформаторов. Не важно, это Александр II или Столыпин, невинно убиенные. И везде так. Реформы болезненны, но они необходимы, как операция. Вот у тебя флюс. Врач тебе открывает рот, режет десну. Ты начинаешь ненавидеть врача, потому что он тебе больно сделал. Но когда полегчало… То же с реформами. Реформаторов никто на руках не носит.

— Потому что умные — выгоду имеют.
— Нет. Расскажу про Чубайса.

— Чубайс что, голодал с народом?
— Помнишь, был книжный скандал? Чубайс, который продавал на миллиарды долларов собственность, взял гонорар за свою книжку 90 тысяч долларов. Он честный или нечестный? Честный! Дураком же нельзя его обозвать. Почему он взял 90 тысяч? Значит, для него это деньги. А если бы воровал, на этот гонорар не позарился.

— А почему его еще держат, Чубайса?
— Потому что эффективный. У нас, смотри, потребление электричества сравнялось с советским. Страна на подъеме, энергии все больше нужно.

— Значит, страна на подъеме, да?
— Естественно. Из-за нефтедолларов, их из брандспойта на нас сыплют. Страна на таком же подъеме, как наркоман, которому воткнули иглу, и он скачет всю ночь. Балдеет. И не знает, что ломка будет, когда все кончится.

Не хватает электроэнергии. Чубайс правительству говорит: если не вложим миллиарды долларов, не сможем строить жилье, школы, больницы. Давайте проведем реформу, чтобы народ деньги в энергетику вкладывал. Либо из бюджета давайте. Он уже 5 лет это говорит, а правительство ни с места. Энергетика — единственная сфера, где еще что-то делается. В остальных вообще кошмар. Ничего не делают! Уйдет Путин, выяснится: армия развалена, коммуналка — сплошные аварии…

— Вы сейчас во власть бы пошли?
— Я бы не пошел. У меня руки не трясутся от Кремля, который я каждое утро вижу из окна своей квартиры.

— И не возникает мысли: а мог бы сидеть по ту сторону Кремлевской стены?
— Мог бы, но зачем? Одному возвращаться нет смысла, надо командой.

— И когда вернетесь?
— Рано или поздно мы будем востребованы. Реформаторы приходят, когда нужно зарабатывать. А когда деньги тратить, мы не нужны.sin-2

…И, наконец, о любви

Кстати, перед походом в баню отец-герой Немцов привел нас в семью. Одну из… Дочка Соня смотрела мультики, а ее мама, Ирина (Борис называл ее Королевой), готовила кролика. «Фотографировать не надо, — предупредил Немцов. — Но кролика можете попробовать».

— …Так вот, о любви. Естественным ее продуктом являются дети.

— Все ли немцовские дети учтены?
— Ни один мужчина не знает точно, сколько у него детей.

— Вы участвуете в планировании рождения или дети все неожиданные?
— Все четверо моих детей: Соня, которой скоро 2 года, Дина — ей 1 апреля исполнится 4, Антон, 11 лет, и Жанна — ей 22, рождены без всякого плана.

— Но рецепты зачатия, наверное, есть?
— Все, кто орет, что Россия вымирает, они бы лучше не орали, а делом занялись. У вас есть малейшая возможность вырастить ребенка? Рожайте. Люди состоятельные обязаны это делать. Состоятельных 20 миллионов.

— А ваши жены разделяют эту «идеологию»?
— Все мои жены — и Раиса Немцова (она фондовый брокер), и Катя Одинцова (журналистка на телеканале «Домашний»), и Ирина Королева (работала в Кремле) — меньше всего думали об «идеологии». Если ты хочешь, чтобы у тебя ребенок был хороший, умный, надо, чтобы он был рожден в любви. Потом может быть все, но в момент зарождения должна быть любовь.

— А как вы с женами встречаетесь? Какой у вас график?
— Нет графика. Хочется — встречаюсь, не хочется — не встречаюсь. Но со всеми хорошие отношения.

— А чувства к каждой остались?
— Любовь была к каждой. А сейчас — ощущение, что это мои родственники.

— Если бы в России разрешили многоженство, могли бы жить в одном доме все три ваши семьи?
— Вопрос скорее к женщинам. Думаю, у них бы возникли проблемы. В православной России многоженство не принято. Но в России есть и мусульманская традиция, где это принято, — в Ингушетии, Чечне. Миллионы мужчин у нас имеют несколько жен. Жены гражданские, ведь юридически их нельзя оформить. Назрел вопрос: мы готовы узаконить то, что уже есть?

— Вы о сексуальном регулировании?
— Закон сущность мужчины закрепить не может, она дана природой — мужчины полигамны. Женщины, кстати, часто тоже. Если вам жена говорит, что не изменяет, это ничего не значит. Я — за закон, который бы защищал права женщин — имущественные, права на ребенка. Но если женщина способна содержать несколько мужчин — тоже пожалуйста.

— Может быть принят такой закон?
— Вряд ли. Нет таких традиций. Но тут выбор невелик. Либо китайцы будут жить в России лет через 50, либо будет узаконено многоженство. Если выбор между китайцами и многоженством, я выбираю многоженство.

— Может ли еще кто-то из девушек рассчитывать на вашу взаимность?
— По законам шариата разрешено четыре жены. Шутка.

РАЗГОВОР У ПРОРУБИ
«Когда буду импотентом, получу много свободного времени»

«Сейчас я тебе покажу, как умеют выныривать демократы», — сказал Немцов. И потащил меня из парной сквозь сугробы на пруд — к проруби.

— В прорубь можно нырять. Это безопасно. Даже полезно. Но мужики, которые злоупотребляют, заканчивают импотенцией.

— Но вам же импотенция не грозит?
— Сань, ты чего? Я не понимаю… Ты что, мне решил настроение поднять? Могу одно сказать: когда это со мной случится, у меня будет очень много свободного времени!

— Когда одна жена, хочется куда-нибудь на сторону. А когда три?
— Предела хорошему нет. Я люблю женщин и черпаю огромную энергию от общения с ними. Иначе бы я не был Немцовым. Политики должны быть и физически, и психически здоровы. Особенно в России. Потому что от них очень много зависит. Смотрю на Думу, на правительство. Я к Путину отношусь достаточно критично, но считаю, что он один из немногих, кто выглядит, по крайней мере внешне, достаточно здоровым.

— Значит, в коридорах и чуланах власти недорабатывают в смысле секса?
— Я в чужую постель не лезу… Власть из человека высасывает все живое — нормальным людям она противопоказана. У меня в Кремле, в «Белом доме», в Думе было одно желание: выспаться. Одному.

— Может, во власти нужна сексуальная революция?
— Горбатого могила исправит. Ничего не поможет.

— Может, нашим политикам надо брать сексуальные уроки у Немцова?
— Менять людей во власти нужно. Я когда прихожу в Кремль, у меня мужское начало куда-то исчезает и мысли о девушках как-то на второй план уходят.

— А у меня выпирают на первый. Там столько красивых женщин!
— Мы с тобой по-разному, видимо, к Кремлю относимся. Ты с каким-то неподдельным эротическим интересом.

— А вы?
— С сак-кральным. Бр-р-р — пойдем в парилку!По сведениям источника «Интерфак

«— Саша, отдать Газпром — это значило отдать Россию…» — Борис Немцов: 2 комментария

  1. Интервью зашкаливает, хорошие эмоции!!! Ни когда не читала, не смотрела, не слышала ни от одного значимого человека столь открытого, правдивого, с чувством доброго, жизненного юмора — ответа на каждый поставленный вопрос! Ответ прямой как о себе, так и о других и о делах тоже! Это был политик новоого формата, как Борис Ефимович тонко чувствовал, каким нужно быть , чтобы быть востребованным!!! Но одному в стае хищников, уже собирающихся в кучу не противостоять, что и случилось! Внутренне чистый, откровенный, смелый, неординарный Человек! Дина Яковлевна дала Миру такого Человека, с таким потенциалом, возможностями, а мы………….

    1. Спасибо Вам за комментарий.
      Действительно, легкое, без умолчаний…
      Даже думается, прочтут противники некоторые фрагменты и завопят: «Ага! Ату его…»

Добавить комментарий