Дело Немцова. Отвод председательствующему судье. Заявление

31.05.2017
Суд по делу об убийстве Бориса Немцова

Facebook Vadim Prokhorov
Отвод председательствующему судье

Сегодня в начале судебного заседания Московского окружного военного суда по делу об убийстве Бориса Немцова Ольга Михайлова огласила наше Заявление — представителей потерпевшей Жанна Немцова (Zhanna Nemtsova) — об отводе председательствующему судье (бОльшую часть текста см. ниже).

Судья Юрий Житников после 40-минутного перерыва вышел с постановлением об отказе в удовлетворении отвода.


ЗАЯВЛЕНИЕ ОБ ОТВОДЕ

1. 25 мая 2017 года председательствующим по делу судьей были допущены нарушения Уголовно-процессуального кодекса РФ, повлекшие ограничение прав потерпевших на представление доказательств, что может повлиять на вынесение присяжными заседателями вердикта.

Так, 25 мая 2017 года представителями потерпевших было заявлено ходатайство о допросе в присутствии присяжных заседателей явившегося свидетеля – главного редактора радиостанции «Эхо Москвы» А.А.Венедиктова, который мог сообщить присяжным известные ему сведения, в частности, относительно лиц, которые могут быть причастны к убийству Б.Е.Немцова. А.А.Венедиктов был долгие годы знаком с Б.Е.Немцовым и последний их разговор состоялся в редакции «Эхо Москвы» 27 февраля 2015 года за 4 часа до гибели Б.Е.Немцова.
Однако председательствующий принял не предусмотренное Уголовно-процессуальным кодексом РФ решение о предварительном допросе свидетеля Венедиктова А.А. в присутствии сторон, но без участия присяжных, чтобы выяснить насколько его показания относятся к данному делу.
Свидетель Венедиктов А.А. показал, что был знаком с Б.Е.Немцовым с 1991 года, незадолго до убийства имел несколько разговоров с Б.Е.Немцовым, в которых тот высказывался об опасениях за свою жизнь, в частности, в разговоре 27 февраля 2015 года за 4 часа до убийства, утверждал, что его могут убить: «Кадыров и кадыровцы». Кроме того, свидетель сообщил, что 27 февраля 2015 года разговаривал с Б.Е.Немцовым относительно его безопасности в связи с поступавшими угрозами, особенно после опубликования 09 января 2015 года в Facebook и на сайте «Эха Москвы» статьи Немцова «Исламская инквизиция», где шла речь об убийстве безоружных журналистов «Charlie Hebdo» и публикации главой Чечни Рамзаном Кадыровым 17 января 2015 года в Instagram статьи, в которой утверждалось: «все те, кто поддерживает «Charlie Hebdo» — мои личные враги». Помимо этого, свидетель сообщил, что 27 февраля 2015 года даже предложил Б.Е.Немцову взять свою охрану, но тот отказался, сославшись на то, что вечером будет с девушкой и необходимости в охране не видит. Также свидетель сообщил, что после того, как 27 февраля произошло убийство Б.Е.Немцова, в связи с поступившими угрозами со стороны бывшего главы администрации президента Кадырова, был вынужден на несколько дней покинуть страну вместе с семьей, и вернуться, после того, как представители правоохранительных органов сообщили ему, что «угроза снята».

Таким образом, учитывая, что в совершении убийства Б.Е.Немцова обвиняются выходцы из Чеченской Республики, в том числе кадровые военнослужащие, проходившие службу в воинских частях на территории Чеченской Республики – а об их невиновности и непричастности к убийству Б.Е.Немцова публично заявлял глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров, называя подсудимого З.Ш.Дадаева «настоящим патриотом России» — сведения, которые мог сообщить присяжным заседателям свидетель Венедиктов А.А., имели прямое отношение к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по настоящему уголовному делу.
Однако суд, выслушав мнение сторон, в полном составе не возражавших против допроса свидетеля А.А.Венедиктова (вроме защитника Т.Д.Эскерханова и самого Т.Д.Эскерханова), отказал в его допросе, мотивировав свое решение тем, что «его показания не являются относимыми доказательствами по настоящему уголовному делу. Ни один из подсудимых не обвиняется в том, что он как-либо угрожал Немцову. И ни один из подсудимых не обвиняется в том, что он совершил это преступление исходя из религиозной розни или ненависти».
При этом решения о признании показаний свидетеля А.А.Венедиктова недопустимыми доказательствами, судом не выносилось.

Считаем, что непредусмотренный УПК РФ предварительный допрос свидетеля и последующий отказ в допросе свидетеля в присутствии присяжных заседателей – несмотря на то, что показания свидетеля имеют непосредственное отношение к делу, содержат сведения, источником которых являлся сам убитый Б.Е.Немцов – свидетельствует о намеренных действиях председательствующего судьи, направленных на ограничение права потерпевших на представление доказательств, что может повлиять на последующее вынесение присяжными заседателями вердикта.

В соответствии с ч. 1 ст. 339 УПК РФ, разрешение вопросов о доказанности инкриминированного подсудимым деяния, о доказанности совершения этого деяния подсудимыми, а также о доказанности виновности или невиновности подсудимых отнесено к исключительной компетенции присяжных заседателей.

Кроме того, согласно позиции Верховного Суда РФ, отменившего приговор, вынесенный на основании вердикта присяжных заседателей в связи с ограничением прав потерпевших на представление доказательств, отраженной в Кассационном определении Верховного Суда РФ от 28 февраля 2014 года № 74-013-2 сп: «Насколько то или иное доказательство является существенным и весомым в конкретном уголовном деле – решают присяжные заседатели, оценивающие представленные сторонами доказательства в их совокупности».

Данное дело представляет особую сложность в связи с отсутствием прямых доказательств совершения убийства подсудимыми, в деле имеется лишь совокупность косвенных доказательств, не установлены заказчики и организаторы убийства Б.Е.Немцова, также потерпевшим до настоящего времени не представлено никаких сведений относительно того, каким мотивом руководствовались организаторы и заказчики убийства Б.Е.Немцова.
Вопрос потерпевших: «С какой целью убили Бориса Немцова?», «Почему именно Борис Немцов стал целью убийц?» — до настоящего времени остается без официального ответа.

Совершенно очевидно, что сведения, которые бы мог сообщить присяжным Венедиктов А.А., учитывая специфику данного уголовного дела, безусловно являются важными для принятия присяжными вердикта. Кроме того, присяжные могли бы задать свидетелю интересующие их вопросы, которые не задавались сторонами на предварительном допросе, однако такой возможности суд их также лишил.

Таким образом, суд, в нарушение положений статей 42,45 УПК РФ намеренно и безосновательно ограничил право потерпевших на представление доказательств при производстве по данному уголовному делу.

2. Еще одним свидетельством ограничения прав потерпевших на представление доказательств в данном судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей является отказ председательствующего в обеспечении явки на допрос в суде Руслана Абдулсаидовича и Артура Ахъядовича Геремеевых.

Несмотря на то, что 6 декабря 2016 года судом было удовлетворено ходатайство представителей потерпевших о вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетелей Геремеевых, председательствующий судья уклонился от исполнения собственного постановления и не только не предпринял никаких мер для их явки, но и отказал представителям потерпевших в приводе не явившихся свидетелей. Причем ни в одном судебном заседании судьей не было представлено сторонам ни одного подтверждения, что Геремеевы каким-либо образом вызываются в суд, а также до сторон судом даже не доводились сведения на какие даты и вызываются Геремеевы.

3. Кроме того, в ходе судебного разбирательства председательствующим были оставлены без удовлетворения ходатайства представителей потерпевших о вызове и допросе лиц, которые находились в квартирах на Веерной совместно с подсудимыми, были с ними знакомы и с очевидностью обладают сведениями относительно роли подсудимых в убийстве Б.Е.Немцова — Тазабаева Шамхана Шахидовича, бывшего сотрудника МВД по Чеченской Республике, Хатаева Асланбека Абусадовича, лейтенанта полиции МВД по Чеченской Республике.

Также председательствующий отказал представителям потерпевших в вызове и допросе лиц, которые с очевидностью могут располагать сведениями о планировании и совершении убийства Б.Е.Немцова — высших должностных лиц руководства Чеченской Республики и руководителей силовых структур Чеченской Республики, о чем подробно было указано в ходатайстве:
— Начальника РОВД по Шелковскому району Чеченской Республики Вахи Геремеева;
— Депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Адама Делимханова;
— Члена Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации от Чеченской Республики Сулеймана Геремеева;
— Главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова.

Создается впечатление, что суд целенаправленно и намеренно создает ситуацию, при которой до сведения присяжных заседателей не может быть доведена информация о тех лицах, которые близки к властям Чеченской Республики и могли руководить действиями подсудимых.

4. Также председательствующий отказал представителям потерпевших в вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетеля Директора Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации генерала армии Виктора Золотова, в подчинении которого находится полк имени Ахмата Кадырова (бывший – батальон «Север»), где проходили службу подсудимый З.Ш.Дадаев (в том числе – в момент совершения преступления) и его непосредственный начальник Р.А.Геремеев.

В материалах дела (т. 65 л.д. 20 – 23) содержится Представление об устранении причин и условий, способствовавших совершению преступления, и иных нарушений закона, за подписью руководителя следственной группы по данному уголовному делу генерал-майора Н.В.Тутевича в адрес главнокомандующего внутренних войск МВД России генерал-полковника В.В.Золотова.
Общеизвестно также обстоятельство тесных и неформальных отношений генерала Виктора Золотова и главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова.

Очевидно, что данному свидетелю могут быть известны существенные обстоятельства, имеющие значение для разрешения данного уголовного дела – в частности, об участии подсудимых в совершении преступления и о руководстве их действиями со стороны высших должностных лиц Чеченской Республики.
Однако, суд, в очередной раз нарушая права потерпевших на представление доказательств, отказал в удовлетворении заявленного ходатайства.

5. Председательствующий также отказал представителям потерпевших в допросе с использованием средств видеоконференц-связи целого ряда свидетелей, которые по различным причинам не могли принять личного участия в судебном разбирательстве: О.С.Тихомировой (Olga Shorina), А.А.Дурицкой, Андрей Пионтковский (Andrei Piontkovsky).
При этом возможность такого допроса прямо предусмотрена ст. 278.1 УПК РФ и ст. 3 Европейской Конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам ETS N 030.

6. Помимо этого, председательствующий отказал представителям потерпевших в возвращении данного уголовного дела прокурору в связи с наличием оснований для квалификации действий подсудимых как более тяжкого преступления, предусмотренного ст. 277 УК РФ. На момент убийства Б.Е.Немцов являлся одним из главных лидеров оппозиции, известным оппозиционным политическим и общественным деятелем, сопредседателем Политической партии «Республиканская партия России — Партия народной свободы» (РПР-ПАРНАС), депутатом Ярославской областной Думы.

Тем не менее председательствующий судья не только пренебрег очевидными фактами, препятствовавшими рассмотрению дела в суде, но и на протяжении всего процесса требовал от свидетелей, дававших показания, не говорить об общественной и политической деятельности Б.Е.Немцова, пытаясь создать перед присяжными ложную картину убийства, как будто на Большом Москворецком мосту был убит не известный оппозиционный политик, а обычный человек, не занимающийся политической и общественной деятельностью.

7. Занятая судом по данному уголовному делу позиция ставит под сомнение беспристрастность и независимость суда.
Часть 1 статьи 120 Конституции РФ гарантирует: «Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону». Независимость судьи включает и его беспристрастность.
Ч. 4 статьи 15 Конституции РФ гарантирует: «4. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы».
«Основные принципы, касающиеся независимости судебных органов», принятые седьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/32 от 29 ноября 1985 года, предусматривают следующие гарантии: «2. Судебные органы решают переданные им дела беспристрастно, на основе фактов и в соответствии с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, давления, угроз или вмешательства, прямого или косвенного, с чьей бы то ни было стороны и по каким бы то ни было причинам… 6. Принцип независимости судебных органов дает судебным органам право и требует от них обеспечения справедливого ведения судебного разбирательства и соблюдения прав сторон».

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 г. N 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» приведена следующая правовая позиция: «… правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах … В целях обеспечения прав и законных интересов таких участников процесса, как обвиняемый и потерпевший, им должна быть предоставлена возможность довести до сведения суда свою позицию по существу дела и те доводы, которые они считают необходимыми для ее обоснования…

… в случае выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений суд вправе, самостоятельно и независимо осуществляя правосудие, принимать в соответствии с уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав участников уголовного судопроизводства и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу. Тем самым лицам, участвующим в уголовном судопроизводстве, прежде всего обвиняемому и потерпевшему, обеспечивается гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту их прав и свобод, а также другие права, закрепленные в ее статьях 47-50 и 52».
Однако по данному уголовному делу все вышеперечисленные требования российских и международно-правовых актов, а также правовые позиции Конституционного Суда РФ были судьей проигнорированы.

Позиция, занятая председательствующим судьей по данному делу, свидетельствует о том, что судья несвободен от влияния извне, не является независимым, беспристрастным и объективным, и не способен при вынесении судебных решений руководствоваться только и исключительно ЗАКОНОМ.

На основании изложенного, руководствуясь ч.2 ст. 61, ст. 62, ст. 64 УПК РФ,

Заявляем:
отвод судье Московского окружного военного суда Ю.В.Житникову

Адвокат В.Ю.Прохоров
Адвокат О.О.Михайлова

30 мая 2017 года

Оригинал

Добавить комментарий