10.07.2022
Немцов. Интервью
Июнь 2002 года
Телеканал ТВС
Борис Немцов в программе «Завтрак с Соловьёвым»
Ведущий Владимир Соловьёв.
2 июня 2002 года
Текст есть здесь
Найдено малоизвестное интервью Владимиру Соловьёву — тому самому, тогда ещё изображавшему демократа. Многое из ближайшего будущего Немцов угадал уже тогда, в самом начале 2000-х…
РАСШИФРОВКА:
Часть первая
СОЛОВЬЕВ: Доброе утро, я Владимир Соловьёв, и мы продолжаем наши воскресные завтраки. Политическая весна выдалась на редкость активной, и мы поговорим сегодня об этом с человеком, который очень давно находится на самой вершине власти. У меня в гостях Борис Немцов.
Доброе утро, Борис Ефимович.
НЕМЦОВ: Доброе утро.
СОЛОВЬЕВ: В последнее время неожиданно стал появляться в средствах массовой информации Борис Николаевич Ельцин, или упоминания о нём. Считаете ли вы возможным возвращение Бориса Николаевича в активную политику?
НЕМЦОВ: Я думаю, что это фантастика. Ельцин мудрый человек, он понимает, что другое время на дворе, он уже вошёл в российскую историю, и он вряд ли будет повторять ошибку Горбачёва – помните, он в 96-м году…
СОЛОВЬЕВ: Когда он попытался…
НЕМЦОВ: Да, Горбачёв стал участвовать в выборах президентских. Уже войдя в историю! С треском проиграл выборы и только после этого осознал, что совершил ошибку. Я не думаю, что для Ельцина это осталось незамеченным. Другое дело, что он как общественный деятель, как уважаемый в стране человек, многими людьми, он может заниматься общественной работой, но вряд ли это будет какая-то политическая работа.
СОЛОВЬЕВ: Борис Ефимович, как вы считаете, существуют ли неформальные контакты между ныне действующим президентом страны и бывшим президентом страны?
НЕМЦОВ: Ну, насколько мне известно, да.
СОЛОВЬЕВ: Происходят ли эти контакты в узком семейном кругу?
НЕМЦОВ: Не знаю, вы знаете, вы спросите лучше у Федеральной службы охраны, я вот не наблюдаю за перемещениями и первого президента страны, и второго президента страны. Ну, почему бы и нет? В конце концов, если б не первый президент – Путин не стал бы никогда президентом. Это был выбор [Ельцина]. Это был выбор Ельцина, у нас в стране только по наследству, по большому счёту, власть передаётся. Вот это самодержавное сознание российское, оно и здесь проявилось в полном объёме. Убеждён, что если бы Ельцин принял иное решение, то Путин не стал бы президентом.
СОЛОВЬЕВ: Прошедшие две недели некоторые считают двумя неделями большой международной политики.
НЕМЦОВ: Ну, два крупных события, одно касается визита Буша в Россию, и второе касается наших отношений с Евросоюзом и обострения проблемы Калининграда. Причём последняя тема, на мой взгляд, наиболее долгоиграющая и опасная для России. Есть реальная угроза потери Калининградской области, потому что очевидно, что люди, отрезанные от остального мира, будут требовать, и справедливо требовать интеграции в Европейский Союз, и будут требовать для себя эксклюзивных прав. По крайней мере, в молодёжной среде эта тенденция набирает обороты, а многие люди молодые вообще в России ни разу не были, таковых 80%, а в Польше и в Литве бывают еженедельно. Поэтому сейчас такая… ну, момент истины, если говорить о международной политике…
Джордж Буш — младший посетил Россию рекордные семь раз. В ходе первого визита 23–26 мая 2002 года он вместе с президентом Владимиром Путиным подписал Декларацию о новых стратегических отношениях между РФ и США, подтвердившую курс на тесное сотрудничество по всем глобальным вопросам, а также Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов.
СОЛОВЬЕВ: Либо мы проявим волю и сохраним свою территорию…
НЕМЦОВ: Совершенно верно.
СОЛОВЬЕВ: Либо о нас вытрут ноги?
НЕМЦОВ: А в чём воля? Воля в том, что мы обязаны договориться с европейцами по Калининграду. МИД ведёт эти переговоры с Евросоюзом, ведёт их вяло и плохо. Отстаивает безумную позицию, что несмотря на вхождение в Шенгенскую зону двух стран, Польши и Литвы, граждане Калининградской области должны без визы въезжать в эти страны.
СОЛОВЬЕВ: Но это де-факто признание Калининградской области частью Шенгенской зоны.
НЕМЦОВ: Ну, фактически, да. Наша позиция вот какая: мы предлагаем всем жителям Калининградской области выдать многократные шенгенские визы, то есть – да, у них российские паспорта, в этих российских паспортах стоит штамп о том, что у них шенгенские визы, пусть на 5, на 10 лет, она многократная, и тогда никаких проблем нет…
СОЛОВЬЕВ: То есть некий особый паспортный режим.
НЕМЦОВ: В принципе, ничего особенного нет. Ничего особенного нет, но это решение проблемы.
СОЛОВЬЕВ: Временное решение.
НЕМЦОВ: Конечно, надо будет заниматься транспортными коридорами и так далее, но вот эту проблему надо решить. Европейцы упираются, вот Проди здесь был тоже в Москве, они по этому поводу довольно жёстко с Путиным говорили. Можно, кстати, европейцам сделать очень красивый жест, мы можем им сказать так: друзья, если вы решите нашу проблему калининградскую, то для жителей Европейского Союза в Россию будет въезд без визы. Кстати, это в экономическом плане…
СОЛОВЬЕВ: Выгодно.
НЕМЦОВ: Да, и в политическом плане для России очень выгодно. То есть теперь в «Шереметьево-2» будет такая вывеска: «Для граждан России и Европейского Союза», зелёный коридор.
СОЛОВЬЕВ: Получается, что за темой Калининграда совершенно незаметно прошла практически рабочая встреча президентов России и Америки, она уже даже не воспринималась, как саммит. Взрыва не было.
НЕМЦОВ: Слушайте, Буш в России в первый раз. Он, до тех пор, как стал президентом Соединённых Штатов, даже в Канаде не был, для него поездка в Европу – это событие в личной жизни.
СОЛОВЬЕВ: Культурологический шок?
НЕМЦОВ: Убеждён, что да. Убеждён, и, кстати, встреча с ним (я был, встречались мы с ним в Спасо-хаусе) показала, что он довольно смутно себе представляет, в какой стране находится. В принципе, президенту сверхдержавы, может быть, и позволены такие вещи, но для России этот визит был важный. На самом деле, решение о сокращении наступательных вооружений выгодно России, отвечает нашим национальным интересам. Смотрите: мы сохраняем 1700 боеголовок, 1700 боеголовок достаточно, чтобы уничтожить многократно весь земной шар. Кстати говоря, как экс-физик могу вам сказать, что если 1700 боеголовок сложить в одном месте, ну, шахту, например, в земле вырыть 10-километровую или 100-километровую, и туда вот все боеголовки складировать, а потом взорвать их…
СОЛОВЬЕВ: И Земли не будет.
НЕМЦОВ: Не, расколется земной шар, расколется на куски. Мы будем на разных планетах, в прямом смысле.
Вторая тема – экономика. Да, нам не удалось убедить Буша отказаться от глупого и безумного решения по ограничению импорта российской стали. Кстати, американцы уже страдают от этого решения Буша. Вы знаете, что цены на сталь в Америке растут еженедельно на 20%? Позиция России по открытию рынка американского является абсолютно либеральной, абсолютно правильной, абсолютно честной и эффективной. А позиция Буша очень слабая. Он и против американского народа, поскольку цены в Америке стали расти, он и против российских производителей, и против Европы. Кстати, сейчас его Европа будет судить, Европейский Союз уже на Буша в суд подал, ну, суд Всемирной торговой организации. Там был ещё один документ, о принципах взаимоотношений между Россией и Америкой. Я считаю, что он, конечно, политический характер носит, но если нам, действительно, удастся установить отношения партнёрства, то это будет хорошо. Дело вот в чём: Россия не сверхдержава, к сожалению. И России нужна передышка, в том числе и в гонке вооружений. Россия должна заняться своими внутриэкономическими проблемами, Россия должна поднять свою экономику, решить кучу социальных задач. И нам в этом смысле отношения с Америкой и с Европой, хорошие, предельно важны.
СОЛОВЬЕВ: Так что в этом плане нам удалось добиться положительного?
НЕМЦОВ: Я считаю, не, я считаю, что в целом позитив то, что было.
СОЛОВЬЕВ: Борис Ефимович…
НЕМЦОВ: Конечно, обидно, что они эту убогую поправку Джексона-Вэника не отменяют…
СОЛОВЬЕВ: Но это не в силах президента.
НЕМЦОВ: Меня это потрясает, между прочим. Вы знаете, консерватизм американской элиты политической ни в какое сравнение с нашей элитой не идёт.
СОЛОВЬЕВ: О, да. Если уж мы заговорили о политической элите: какова подоплёка борьбы за кресло спикера Госдумы, как вы считаете, как это всё закончится?
НЕМЦОВ: Я считаю, что глубинная причина состоит в том, что власть борется со своим главным конкурентом, с Коммунистической партией, Коммунистическая партия имеет высокий уровень поддержки народа, это неприятно, но это так, около 30%…
СОЛОВЬЕВ: Как вы говорили, проблема в бедности. Бедность питает электорат.
НЕМЦОВ: Абсолютно точно. По-крупному, если бороться с коммунистами, то надо бороться с бедностью, бороться за высокие образовательные стандарты, чтоб не было безграмотных людей, и бороться с алкоголизмом и наркоманией, чтоб не было люмпенизированных.
СОЛОВЬЕВ: Это сложно.
НЕМЦОВ: Я понимаю, Горбачёв пробовал с Лигачёвым на пару. Но, тем не менее, вот это по-крупному. А по-простому можно попытаться как-то расшевелить Компартию, там, людей знаковых оттуда вывести…
СОЛОВЬЕВ: Развратить её.
НЕМЦОВ: Да, постараться её расколоть и так далее. Теперь, что произошло с Селезнёвым? Дело вот в чём: партийная номенклатура никаких особых идеологических пристрастий не имеет, кроме одной – кабинет, машина, мигалка, загранпоездки, персональный самолёт.
СОЛОВЬЕВ: Личная выгода.
НЕМЦОВ: Да. Геннадий Николаевич у нас рекордсмен: раз так 50 на президентском самолёте слетал за это время за границу. И распрощаться ради какой-то мифической, безумной коммунистической идеи с этим со всем он явно не хочет. Он часть системы, он часть режима, как говорит Зюганов. И коммунистическая номенклатура, она никогда не будет прощаться с теми привилегиями, ради которых она, собственно, и живёт. Поэтому… Теперь…
СОЛОВЬЕВ: Вы будете поддерживать решение об отставке Селезнёва с поста спикера?
НЕМЦОВ: А зачем?
СОЛОВЬЕВ: Вот это интересно.
НЕМЦОВ: А зачем?
СОЛОВЬЕВ: Выгоден?
НЕМЦОВ: Это не имеет никакого значения, кто председатель нашей Государственной Думы сейчас, у него реальной власти практически не осталось, аппарат, вы знаете, Государственной Думы из-под него выдернули, к Коммунистической партии он теперь уже отношения особого не имеет, выполняет все до единого указания Кремля…
СОЛОВЬЕВ: То есть вы его добивать не будете?
НЕМЦОВ: Беспрекословно выполняет все указания. И, поскольку Дума зачищена и находится под руководством Администрации президента даже, а не самого президента, …
Часть вторая
НЕМЦОВ: …то не имеет особого значения, кто председатель Государственной Думы. Кроме того, надо иметь в виду, что он же помог Администрации разбираться с Коммунистической партией, и Администрация должна проявить к нему…
СОЛОВЬЕВ: <Нрзб.>?
НЕМЦОВ: Да, к нему лояльность должна проявить, я думаю, она к нему уже эту лояльность проявила.
СОЛОВЬЕВ: А с вами говорили?
НЕМЦОВ: Более того, ему даже гарантировали, что там всё дальше будет хорошо.
СОЛОВЬЕВ: Борис Ефимович, эта информация из первоисточника, о том, что ему гарантировали? То есть вам, например, звонили и говорили: вот когда будет голосование, у нас к тебе большая просьба – проголосуй так-то?
НЕМЦОВ: Нет. Нет.
СОЛОВЬЕВ: Вы будете как фракция бороться за голоса теперь беспартийных депутатов?
НЕМЦОВ: Коммунистов?
СОЛОВЬЕВ: Давайте их во фракцию возьмёте?
НЕМЦОВ: Не, вы знаете, я не очень люблю перебежчиков, если честно. Это первое, а второе…
СОЛОВЬЕВ: Но в СПС они есть.
НЕМЦОВ: Ну, я ж говорю, я не очень люблю перебежчиков. Если они будут очень сильно проситься, то мы будем рассматривать их предложения, но для нас предельно важно, всё-таки, идеологическая составляющая. Мне представляется, что те люди, которые вышли из Компартии, они, мягко говоря, далеки от демократических идей и либеральных принципов, бесконечно далеки.
СОЛОВЬЕВ: Поэтому куда человек прибьётся…
НЕМЦОВ: Зачем они нам? Ну, они вон, туда прибьются, они уже прибились, вон, видите?
СОЛОВЬЕВ: Обозначает ли это, что Кремль существенно левее, чем правее?
НЕМЦОВ: Это обозначает, что просто идёт борьба подковёрная такая, медведей, которые там суетятся и так далее, в прямом и в переносном смысле – они там как-то борются и пытаются ослабить своего конкурента, только и всего.
СОЛОВЬЕВ: Воспринимается ли СПС как конкурент? Потому что участились разговоры о потенциальном расколе внутри СПС, в частности говорят, что надо оторвать Хакамаду от Немцова…
НЕМЦОВ: Серьёзно?
СОЛОВЬЕВ: Хакамада гораздо лояльней к власти, меньше критикует Путина. Может быть, даже выдернуть Гайдара каким-то образом…
НЕМЦОВ: Уже лет 12, как существует союз правых сил (имеется в виду – названия разные были, но демократическое движение существовало) уже все эти годы шла речь о том, что у нас постоянный раскол, и мы друг от друга дёрнем…
СОЛОВЬЕВ: Мы куда-то разбежимся.
НЕМЦОВ: Да, и разбежимся. Ну, не получается. Не получается.
СОЛОВЬЕВ: То есть таких тенденций нет?
НЕМЦОВ: Нет.
СОЛОВЬЕВ: Но в то же самое время никак не получается объединиться с, казалось бы, близкими по духу «яблочниками», и консолидировать силы на правом фланге.
НЕМЦОВ: Мы сейчас предложили очень такую внятную стратегию на предстоящую перспективу, политическую. Мы предложили следующее: надо выдвинуть единого кандидата от демократических сил на президентских выборах. Это понимают все люди, у которых есть голова на плечах, и ответственные политики это понимают. Потому что если с демократического фланга будет несколько кандидатов на президентских выборах, и они получат 2 тире 5%, то на них после этого ни власть, ни общество никакого внимания не будут обращать. А это большая проблема для России, потому что если не будет демократических сил в стране, то очевидно, что страна в сторону свободной России двигаться не будет никогда. Поэтому те, кто понимают значимость свободной прессы, народовластия, оппозиции, интеграции в Европу, они все должны отдавать себе отчёт в том, что кандидат должен быть один. И мы сейчас…
СОЛОВЬЕВ: Но дело в том, кто этот кандидат.
НЕМЦОВ: Да, совершенно верно, это серьёзный вопрос, который мучает известных вождей.
СОЛОВЬЕВ: Но, учитывая нынешнюю расстановку сил, выглядит так, что этим единым кандидатом окажется лидер СПС.
НЕМЦОВ: Вы знаете, я бы так не стал говорить. Я бы так не стал говорить. Во-первых, до выборов ещё далеко, во-вторых, опросы общественного мнения показывают, что есть шансы у разных партий. Если наше предложение будет принято другими партиями, а пока они относятся к этому предельно настороженно, я догадываюсь, почему…
СОЛОВЬЕВ: Почему?
НЕМЦОВ: А потому что личные амбиции важнее дела. Как обычно у нас на Руси.
СОЛОВЬЕВ: Ну, плох тот солдат, который не хочет стать маршалом.
НЕМЦОВ: Согласен, но очевидно, что участие двух, трёх кандидатов с демократического фланга – это катастрофа. Это что за выборы будут? Ну, по всей видимости, есть такой политический инфантилизм среди демократических вождей, реально вождей, которые готовы ради своего «я», и с большой, и с маленькой буквы, ради своего «я» готовы наплевать вообще на всё на свете.
СОЛОВЬЕВ: Это вы… это кто?
НЕМЦОВ: Ну, я не буду дальше комментировать.
СОЛОВЬЕВ: Но «Я» с большой буквы – это означает Явлинский?
НЕМЦОВ: Понимаете, я очень ясно излагаю.
СОЛОВЬЕВ: Но возникает вопрос (кстати, Ленин) – «о критике и самокритике», ведь те же самые слова могут быть обращены и к вам?
НЕМЦОВ: Не, я могу так сказать: если, допустим, «Яблоко» набирает много голосов, больше, чем Союз Правых Сил – «Яблоко» выдвигает своего кандидата, мы его поддержим.
СОЛОВЬЕВ: То есть вы снимаете свою кандидатуру с [президентских выборов]?
НЕМЦОВ: Да мы не будем участвовать, мы его поддержим!
СОЛОВЬЕВ: Хм.
НЕМЦОВ: Нормальная позиция?
СОЛОВЬЕВ: Нормальная позиция. Если мы стали говорить о президентской гонке, несколько недель назад пошла информация из Кремля о том, что ныне действующий президент Владимир Владимирович Путин дал добро – баллотироваться на второй срок. Ощущаете ли вы изменение в связи с этим политического ландшафта?
НЕМЦОВ: 2003 год будет очень тяжёлым для всех партий, кроме «Единства». Ну, может быть, ещё «Народного депутата». Для меня очевидно, что сконцентрированный информационный ресурс в виде федеральных телеканалов и подотчётных иных средств массовой информации, спецслужбы, губернаторы, полномочные представители президента, крупный капитал российский будут заточены на то, чтобы партия «Единство», партия Кремля и приближённые к ней другие партии получили максимальное количество голосов, для меня это очевидно.
СОЛОВЬЕВ: Им нужна стабильность. Крупному капиталу всегда нужна стабильность.
НЕМЦОВ: Я вам должен сказать, что при Франко, Муссолини, Салазаре тоже были парламентские выборы, и тоже была партия, которая доминировала на этих выборах. Страна движется к однопартийной системе, движется к тому, что будем скоро отменять новую 6-ю статью Конституции. Я считаю, что это движение в никуда, это движение в произвол, это движение в застой и коррупцию.
По поводу коммунистов, вот смотрите, они пытаются расколоть коммунистическую партию – благое дело, казалось бы. Но в условиях, когда в стране треть бедных, это означает, что на передний план выйдут фашистские партии. И вместо коммунистической партии мы получим фашистскую.
Не решая реальных социальных, экономических проблем страны, вот с помощью интриг нельзя добиться доминирования. Нельзя.
Часть третья
СОЛОВЬЕВ: Говорят, что господин Козак активно работает над очередной реформой власти. Как вы считаете, что это будет за реформа?
НЕМЦОВ: Речь идёт о разграничении полномочий между федерацией, регионами и муниципалитетами. Тенденции последних двух лет очень опасны для России. Это тенденции централизации и концентрации власти на уровне президента. Это тенденции высасывания из региональных бюджетов денег, это тенденции зачистки Совета Федерации и Государственной Думы, это тенденции ослабления вообще законодательной власти…
СОЛОВЬЕВ: Это авторитарность власти.
НЕМЦОВ: Да, это такой мягкий авторитаризм. Я думаю, что, что бы там Козак ни придумал, тенденция сохранится, потому что есть политический заказ. О чём идёт речь? Речь идёт о зачистке теперь уже местного самоуправления. Позиция Союза Правых Сил следующая: нужны финансовые гарантии местному самоуправлению, потому что именно там школы, именно там больницы, именно там детские сады и так далее. Позиция Кремля: нужно вертикаль власти достроить до конца.
СОЛОВЬЕВ: Ну, и та, и другая позиции последовательны.
НЕМЦОВ: Последовательны, только одна, а именно кремлёвская, ведёт к катастрофе в России, а вторая ведёт к процветанию, а так, в принципе, всё последовательно.
СОЛОВЬЕВ: Но пока катастрофы не прослеживается. Есть некая стабильность в течение определённого периода времени, и, по крайней мере, со стороны Запада кажется, что Россия, наоборот, постепенно выходит к Европе.
НЕМЦОВ: Знаете, Москва сильно отличается от страны. И, находясь в Москве долгое время, кажется, что, действительно, всё тихо-спокойно. Я просто советую…
СОЛОВЬЕВ: Поездить по стране?
НЕМЦОВ: Да, чтобы передача ваша замечательная, которую смотрят миллионы телезрителей, и будут смотреть, чтобы она не только выходила на Красной площади, но и чтобы ещё можно было бы, например, из Саранска сделать такую передачу, чтоб можно было её сделать из Йошкар-Олы…
Я вам называю регионы, где, например, зарплата вовремя не выплачивается учителям. Можно из Воркуты сделать передачу, где вы увидите, как живут шахтёры…
СОЛОВЬЕВ: Можно с Дальнего Востока…
НЕМЦОВ: Можно с Дальнего Востока…
СОЛОВЬЕВ: …Где телевидения сейчас нет. Вопрос, который меня пугает, совсем иной: есть политик Борис Немцов, жёстко критикующий власть. Его не слушают. Обозначает ли это, что политик Немцов готов перейти к жёстким конкретным действиям, не думским и не парламентским?
НЕМЦОВ: Если бы не слушали, то не отключали бы от государственного телевидения.
В апреле мы проводили акцию в поддержку профессиональной армии, в 70 городах страны прошли манифестации на эту тему. После начала 90-х это были самые крупные демократические демонстрации в России. Провели многотысячную демонстрацию в Москве.
СОЛОВЬЕВ: Да.
НЕМЦОВ: Какая команда оттуда?
СОЛОВЬЕВ: Какая?
НЕМЦОВ: Запретить показывать по ОРТ и РТР эти сюжеты, прямая команда.
СОЛОВЬЕВ: Откуда у вас появилась такая информация?
НЕМЦОВ: С Первого и Второго канала.
СОЛОВЬЕВ: То есть они сказали, что им позвонили из кремлёвской администрации?
НЕМЦОВ: Они сказали, что этого не будет на нашем канале, к сожалению. Что случилось? CNN сделала 5-минутный репортаж из России.
СОЛОВЬЕВ: Так.
НЕМЦОВ: BBC сделала репортаж. «Euronews», главная новость из России – что Россия требует перехода к профессиональной армии, Россия начала борьбу с дедовщиной, Россия против разложения армии. По российским государственным каналам – ноль. Если бы влияния не было, то вряд ли бы была такая жёсткая борьба, да, и такие указания.
Теперь я хочу сказать, в чём суть вопроса. Вот смотрите: все ручные, все лежат. Зачищенные. Успокоились. Куда идёт страна? Что происходит вообще в стране? Давайте разберёмся вот – что осталось в наследство Путину? Ему достался олигархический капитализм.
СОЛОВЬЕВ: Да.
НЕМЦОВ: Что делает нынешняя власть? Нынешняя власть, опираясь на бюрократию, питерскую, в основном, а иногда московскую, строит – какой режим? Бюрократический капитализм. Под словами «вертикаль власти», укрепление её скрывается очевидная идея: укрепить власть бюрократии. Малоэффективной, коррумпированной, алчной, но бюрократии. Вот смотрите – Администрация президента, кто с кем воюет? Кто с кем воюет в Кремле?! Администрация…
СОЛОВЬЕВ: Бюрократы с олигархами?
НЕМЦОВ: Нет, администрация, от Ельцина которая осталась, и которая участвовала в построении олигархического капитализма… Фамилии не надо называть?
СОЛОВЬЕВ: Можно.
НЕМЦОВ: Может, сами назовёте?
СОЛОВЬЕВ: Вы имеете в виду страшную фамилию на букву «В»?
НЕМЦОВ: Ну почему страшная, нормальная фамилия – ВОЛОШИН, глава Администрации. От Бориса Николаевича остался?
СОЛОВЬЕВ: Конечно.
НЕМЦОВ: С кем он воюет? С питерскими, да?
СОЛОВЬЕВ: Но питерские тоже ведь воюют друг с другом.
НЕМЦОВ: Понятно, секундочку. Ну, питерские – это ж просто один из примеров вот этого столкновения между олигархами и бюрократией. Роль бюрократии исполняют питерские сейчас в Администрации, а роль представителя олигархов исполняет ВОЛОШИН. Таким образом… Что делает президент, на кого он опирается?
СОЛОВЬЕВ: На кого?
НЕМЦОВ: Он опирается на тех, кто в своё время строил олигархический режим в стране, и на тех, кто сейчас олицетворяет российскую бюрократию, кто строит сейчас «вертикаль власти». И это бесконечно далеко от нашего понимания того, какой должен быть капитализм в России!
СОЛОВЬЕВ: Вашего – это чьего?
НЕМЦОВ: Союза Правых Сил.
СОЛОВЬЕВ: Но ведь в Союзе Правых Сил находится также человек, который, с одной стороны, принимал активное участие в строительстве олигархического капитализма, с другой стороны, по факту рождения относится к петербургской команде – господин Чубайс. Прошла недавно информация, что господин Чубайс получил предложение – в случае выдвижения господина Путина на второй срок возглавить его избирательную кампанию?
НЕМЦОВ: Ну, поводу этой информации я ничего не знаю, на самом деле ничего не знаю. Анатолий Борисович мне об этом не говорил, я думаю, что это утка какая-то очередная.
СОЛОВЬЕВ: Если Анатолий Борисович Чубайс, тем не менее, вновь войдёт в избирательный штаб президента России, его влияние на СПС упадёт, или он по-прежнему будет оставаться активным деятелем, руководителем СПС?
НЕМЦОВ: Я убеждён, что это решение он без обсуждения с нами и принятия коллегиального решения не примет.
СОЛОВЬЕВ: И подчинится коллегиальной воле, в отличие от Селезнёва?
НЕМЦОВ: Он не примет это решение без обсуждения с нами.
СОЛОВЬЕВ: Спасибо, Борис Ефимович.
НЕМЦОВ: Спасибо.