17.09.2015
Борис Немцов сказал…
Журнал «Tatler»
Борис Немцов год назад — о политике, семье и дочери Дине
5 марта 2015 год…
«Только один раз задала мне вопрос, который можно считать политическим: «А зачем Путин тебя посадил?» Это было после того, как тридцать первого декабря 2010 года после митинга суд постановил арестовать меня на пятнадцать суток. Я что-то объяснил про оппозицию, про права человека, и что арестовали меня совершенно незаконно, но не уверен, что она все поняла.»
Обаятельный, жизнелюбивый, весельчак, харизматичный, бесшабашный, несгибаемый борец — друзья с трудом говорят о погибшем ночью 27 февраля Борисе Немцове в прошедшем времени. Основная версия случившегося на Большом Москворецком мосту — убийство по политическим мотивам. И Немцова действительно запомнят в первую очередь как политика.
Нам же посчастливилось узнать о нем чуть больше как о человеке, любимце дам и отце: год назад Tatler и Борис Немцов подняли в интервью недетский вопрос о воспитании детей. Их у Немцова четверо: уже взрослая дочь Жанна от первой жены Раисы, дочь Софья 2004 года рождения от Ирины Королевой, работавшей у Немцова секретарем, а также сын Антон и дочь Дина от гражданской жены Екатерины Одинцовой.
Именно с Диной Немцов позировал для нашей фотосессии. И с первого кадра всем на съемочной площадке стало ясно — отец и дочь с полуслова понимают друг друга.
— Я полагаю (и очень надеюсь!), что Дина никогда не пойдет в политику. Во-первых, это вещь рискованная, а Дина сто раз подумает, прежде чем совершить какой-то поступок. Я не могу жить без риска, а она может, и это хорошо. Во-вторых, она очень далека от нее. Только один раз задала мне вопрос, который можно считать политическим: «А зачем Путин тебя посадил?» Это было после того, как тридцать первого декабря 2010 года после митинга суд постановил арестовать меня на пятнадцать суток. Я что-то объяснил про оппозицию, про права человека, и что арестовали меня совершенно незаконно, но не уверен, что она все поняла. Ничего страшного. Пусть она рисует, пишет стихи и будет красивой счастливой девочкой.
— Я считаю, что Дина взяла все лучшие черты от мамы, ну а я ее не сильно испортил. Хотя Катя говорит, что от меня дочке достались длинные ноги. А это немало.
— Если честно, я не очень знаю, что делать с детьми, пока они не начинают говорить. Да, я тискал маленькую Динку, называл ее «хрюшкой», а себя — «злым волком», хотя оба прозвища совершенно нам не подходят, это просто отцовские шутки. Но для меня главное — общение с ребенком. Я хоть и воскресный папа, но детей не балую и не поучаю. Я не воспитываю, а дружу со своими детьми. Не понимаю, что такое воспитание. Родители должны совершать поступки, и дети должны это видеть. Такова моя простая педагогическая теория. Судя по тому, что все мои дети замечательные, теория работает.
— Имя для дочки выбрала ее мама Екатерина Одинцова. Диной зовут мою маму, которой в марте исполнилось восемьдесят шесть лет. Но история с именем чуть сложнее. За две недели до родов Кате позвонила Дина Яковлевна и поведала, что ей приснился отец, мой дед, который сказал, что будущая девочка — это продолжение их рода. И мама попросила назвать внучку в честь отца, Якова. Дома его звали просто Ян. И мы стали искать созвучные имена — Яна, Ульяна… Дина родилась первого апреля — в тот же день, что и дед Яков. Но когда Катя увидела ее, то сразу поняла, что у нее глаза Дины Яковлевны. И не колеблясь дала ей это имя, а я, конечно же, не возражал. Дина действительно похожа на бабушку в юности. Но только внешне. Мама всегда была жесткой, но не обидчивой. Динка — мягкая и очень ранимая. Может запереться в комнате и весь день не разговаривать из-за какой-то ерунды. Настоящая девочка.
— У меня три дочери и один сын, и я никогда особо не раздумывал — хочу я мальчика или девочку. Это ведь то, что посылает бог, так что надо радоваться, и все.
— Я много общался с Антоном, старшим братом Дины, и он, как и я когда-то, выбрал физику. Сейчас учится в физтехе. Наверное, Динку чуть задевает, когда мы с Антоном разговариваем о каких-то квантах, а она вообще ничего не понимает. Она — гуманитарий в чистом виде, хорошо рисует и танцует, но в этих сферах я, честно говоря, совершенно ничего не смыслю и мне сложно поддерживать с ней беседу об импрессионистах или балете Пины Бауш. Я не отношусь к категории безумных папаш, которым кажется, что их дочери — великие музыканты или художники. Я умею смотреть объективно и вижу, что мой портрет, например, у нее вышел очень удачным.
— Еще она пишет стихи, и тоже очень неплохие. И я писал в детстве стихи, но сейчас не могу вспомнить ни строчки, это, конечно, были какие-то глупости. А Дина относится к этому серьезно. На мой прошлый день рождения она придумала такое трогательное стихотворение, что у меня глаза защипало.
— Дина очень самостоятельная. Музыку я точно не могу ей рекомендовать: мои вкусы формировались совсем в другую эпоху. Я ей говорю — вот Queen, а вот The Rolling Stones! Она, конечно, их знает, но слушает какие-то свои Linkin Рark и Green Day. Зато терпеть не может попсу.
— Мне не очень нравится, когда Дина появляется в разных журналах чуть ли не как героиня светской хроники. Сначала я даже ругался из-за этого с Катей, которая по работе постоянно ходит на тусовки и иногда берет детей с собой. Дина могла бы тусоваться с мамой каждый день, но, возможно, именно из-за доступности вся эта светская жизнь быстро стала ей неинтересна. Я много видел, как сносит башню у взрослых людей, которых показывают по телевизору и снимают для журналов. А дети в этом смысле еще уязвимее. К счастью, Динка все чаще отказывается от фотосессий и светских выходов, потому что поняла: это — работа и заниматься этим нужно либо профессионально, либо никак.
— Я достаточно узнаваемый человек, но езжу на метро. И хожу на родительские собрания к Дине в школу. Чаще, чем Катя — ведь она по вечерам на работе. Дина учится в знаменитой государственной школе, некогда известной как «двадцатая спец». Ее же окончил и Антон — причем с золотой медалью, хотя мы не прикладывали к этому никаких усилий. Я никогда не стал бы пробивать для ребенка медаль.
— Динка хочет стать актрисой. Она и Антон три года вместе с Катей вели на телевидении кулинарную программу. Не знаю, научилась ли Дина готовить, но держаться перед камерой точно умеет. Если она решит поступать в театральное, я, опять же, не буду предпринимать никаких усилий, чтобы помочь ей. Хотя намерения дочки могут еще много раз измениться. Совсем недавно она собиралась стать певицей и даже мужественно отработала как-то концерт со своей детской группой, когда у нее была температура тридцать восемь. Если через пару лет она вдруг скажет, что хочет быть, например, ветеринаром — ради бога! Я никогда ничего не диктую своим детям.
Источник фото: Архив Tatler
05.03.2015, интервью марта 2014 года
Tatler