16.11.2020
Памяти Сергея Магнитского
Интервью с Борисом Немцовым, фрагмент
24 ноября 2009 год
Эхо Москвы
Программа ОСОБОЕ МНЕНИЕ, фрагмент
24 ноября 2009 года
В ГОСТЯХ: Борис Немцов
ВЕДУЩИЙ: Татьяна Фельгенгауэр
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте, это программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр. Сегодня я беседую с политиком Борисом Немцовым. Здравствуйте, Борис Ефимович.
Борис НЕМЦОВ: Добрый вечер.
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Скажите, вы следите за обстоятельствами расследования и вообще вмешательства в дело об убийстве Магнитского. Сегодня президент высказался по этому поводу, сказал, что необходимо расследовать все обстоятельства смерти в сизо этого адвоката, и мгновенно СКП отреагировал. До этого такой рьяности не наблюдалось.
Борис НЕМЦОВ: Я удивляюсь, почему вас это удивляет.
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вы ждали вмешательства президента или нет?
Борис НЕМЦОВ: Ну, я так понимаю, что Элла Памфилова, когда встречалась с президентом, поставила этот вопрос. Поставила она его достаточно внятно, четко и публично. И не отреагировать Медведев на это не мог. Это такой государственный криминал, государственный бандитизм. Вообще, знаете, наши граждане должны твердо понимать, что если они попадают в руки или в лапы, как угодно, к путинскому правосудию, то, в общем-то, живым оттуда можно и не выбраться, даже если ты не осужден. Ведь проблема в том, что это стилистика власти: берут в качестве заложника адвоката. Кстати, первый раз взяли Антона Титова. Антон Титов был адвокатом и юристом у Гусинского. Если вы помните, для того, чтобы отобрать НТВ, Путин сначала посадил Антона Титова и держал его в заложниках до тех пор, пока Гусинский не отдал НТВ. Потом – Василий Алексанян, Светлана Бахмина. И вот сейчас абсолютно кошмарный трагический случай с Сергеем Магнитским. Это система. Надо понимать – это система. Это не случайность.
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да. Но вмешивается президент и требует расследовать. Вы как считаете, мы все-таки узнаем правду о том, как умер Сергей Магнитский?
Борис НЕМЦОВ: Хотя они хотели концы в воду спрятать, я думаю, они вынуждены будут расследовать. Тем более, что к этому приковано внимание не только у нас в России, но и в мире. Они вынуждены будут расследовать. Но поскольку есть круговая порука и есть система, которая незыблемой остается, то они будут пытаться все это спустить на тормозах. То есть вначале будут проявлять энтузиазм и какую-то деятельность демонстрировать, а потом спустят на тормозах все.
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да, но это ведь очень сильно бьет по имиджу России. Потому что Сергей Магнитский не просто какой-то там адвокат. Это громкое дело.
Борис НЕМЦОВ: А дело Ходорковского не бьет по имиджу России?
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это очень давно уже тянется дело, и мы уже поняли, что не сильно бьет.
Борис НЕМЦОВ: А смертельно больной Алексанян не бил по имиджу России? А беременная Бахмина в тюрьме…
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Она уже на свободе.
Борис НЕМЦОВ: Я понимаю, но она была в тюрьме. Не било? Дело в том, что этим людям…
Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вот когда вы говорите «этим людям», вы Медведева и Путина объединяете в одно?
Борис НЕМЦОВ: В принципе, да. Но поскольку Медведев является младшим партнером, он несет и меньшую ответственность. Он пытается, конечно, выглядеть поприличнее, в том числе дав указания Следственному комитету разобраться. Сейчас уже уголовное дело возбуждено на эту тему. Но все равно он продолжает ту политику, которую начал его шеф.