Сорок восьмой день слушаний по существу дела об убийстве политика Бориса Немцова. Трансляция «Медиазоны»

23.03.2017
Слушания по существу дела об убийстве политика Бориса Немцова
Москва, Госпитальный пер., 4А Московский окружной военный суд

Сорок восьмой день слушаний. Сорок седьмой день здесь

Сторона защиты заканчивает представлять свои доказательства на процессе по убийству оппозиционного политика Бориса Немцова.
Судья отказал адвокату Дадаева в назначении повторной экспертизы по гильзам.
На заседании присяжный рассказал, что неизвестный «от родственника Бахаева» попытался заговорить с ним в метро о деле.
На следующей неделе судья огласит решение по ходатайству о продлении ареста подсудимым.

На скамье подсудимых Заур Дадаев, Анзор Губашев, Шадид Губашев, Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев, им предъявлены обвинения в наемном убийстве.

«Медиазона»


Фото из материалов дела


  • На прошлом заседании адвокат Заура Дадаева Марк Каверзин зачитал экспертизу независимого бюро «Версия». Специалистам предстояло ответить на вопрос, были ли все шесть гильз, изъятых на Большом Москворецком мосту, стреляны из одного и того же оружия.
  • В документе эксперт Лесин констатирует, что в заключении, которое было сделано по просьбе следствия, не был представлен общий вид всех шести гильз и вид их донных частей, что нарушает методику составления экспертизы. Сотрудник бюро пояснил, что из-за нарушений при проведении исследования, нельзя считать достоверным и обоснованным вывод, что гильзы стреляны из одного экземпляра оружия.
  • Прокурор Мария Семененко выступила против изучения экспертизы бюро «Версия» при присяжных. «Там не указана должным образом ни методика, ни на основании чего этот специалист Лесников вообще может комментировать, давать заключения», — пояснила она. Судья Житников решил, что адвокатская экспертиза направлена на то, чтобы опорочить экспертизу следствия. Поэтому исследоваться с присяжными оно не будет.
  • По просьбе адвокатов, Житников вызвал на суд свидетелей Калугина и Моргачеву. Оба являются гражданами Белоруссии, но в последнее время живут в России.
  • Кроме того, судья разрешил Каверзину зачитать ответ из войсковой части Дадаева при присяжных. В документе говорилось, что с 9 августа по 9 сентября 2014 года Дадаев находился в отпуске. За период с 9 сентября по 14 декабря Дадаев в командировки не выезжал, отпуска ему не предоставлялись.
  • Прокурор Семененко напомнила, что в квартире на Веерной, 46, было изъято временное удостоверение о том, что с 2 октября 2014 года Дадаев был в командировке. «Я на прениях все объясню», — пообещал Дадаев.
  • Прокурор Семененко предложила перейти к допросу подсудимых, но защитники высказались против. Житников решил вызвать свидетелей на заседание в четверг.

Заседание началось.
Судья Житников говорит, что сегодня были вызваны свидетели Калугин и Моргачева. Они снова не явились. Судья добавляет, что пока неясно, умышленно ли они не являются на заседание.
Житников интересуется у защитников, есть ли у них на сегодня доказательства для демонстрации присяжным.

Адвокат Марк Каверзин начинает с ходатайства об исключении комплексной экспертизы института криминалистики ФСБ, вероятно речь идет об исследовании гильз. Прокурор Львович просит отказать защитнику, поскольку экспертизу проводили в соответствии с законом, ее назначал следователь.

Адвокат Вадим Прохоров не видит оснований для исключения этой экспертизы, но допускает, что сторона защиты может заявить о проведении новой экспертизы.
Житников отклоняет ходатайство Каверзина.

Каверзин зачитывает еще один документ, в котором критикуется методика эксперта ФСБ, изучавшего гильзы. Например, в исследовании есть общее описание гильз, но не их размеры. Кроме того, не определено оружие, из которого стреляли. Не сказано и о «частных, индивидуальных признаках гильз». Эксперт пишет, что есть пригодные следы для идентификации, но в экспертизе он не отвечает на вопрос, какие это следы, продолжает защитник.
Адвокат ссылается на постановление пленума Верховного суда, что в случае появления вопросов по экспертизе на стадии судебного следствия может быть назначено повторное исследование.
Каверзин просит назначить новую экспертизу по гильзам в Федеральном центре судебной экспертизы. Другие защитники поддерживают это ходатайство.
Защитник передает ходатайство прокурорам. Мария Семененко пролистывает УПК, а Львович читает ходатайство. Они тихо переговариваются.

«Ваша честь, мы возражаем против назначения повторной экспертизы», – говорит Семененко. Она указывает, что, согласно УПК, повторную экспертизу назначают при неполноте уже проведенной экспертизы и появлении новых вопросов по уже исследованным предметам. «Кроме того… Это все», – говорит Семененко. По ее мнению, таких оснований для экспертизы нет.

Представитель потерпевших Прохоров замечает, что в отсутствии оружия в подобной экспертизе могут быть пробелы. При этом, по мнению адвоката, оружие могло бы быть получено в рамках дела. «Я абсолютно уверен, что такая возможность есть», — говорит он. Прохоров не возражает против назначения повторной экспертизы.
«Вопрос по ходатайству будет разрешен позже», – говорит судья Житников. Он интересуется, есть ли у стороны защиты доказательства для представления присяжным. Адвокаты отвечают отрицательно, у прокуроров тоже на сегодня нет доказательств.
«Тогда предлагаю перейти к допросу подсудимых», – говорит судья.
Адвокаты против и говорят «нет» на вопрос, можно ли начать их опрашивать.

«Сторона обвинения хочет прояснить вопрос, а когда будет да? Мы просто говорим, что будем расценивать это как отказ от дачи показания»,

– предупреждает Семененко и добавляет, что может вскоре просить об оглашении показаний.
Адвокат Садаханов подчеркивает, что его подзащитный может давать показания тогда, когда посчитает нужным.
В зал зовут присяжных.

Судья спрашивает присяжных, пытался ли с ними кто-то заговорить, узнать их мнение о деле, надавить на них. Один из присяжных говорит, что в метро вчера к нему подошел человек. Он сказал, что от родственника Бахаева и хотел бы с ним поговорить о деле.
Об этом говорит мужчина с сединой, в темно-серой рубашке и черной жилетке. Эта старшина присяжных.
Судья интересуется, может ли это событие повлиять на его отношение к подсудимым. Присяжный говорит, что не может.
«Подобного рода поведение может быть провокацией», – говорит адвокат Садаханов. Он поддерживает проведение расследование по этому случаю и повторяет, что никто от Бахаева не мог подходить к присяжному.
Судья не находит оснований сомневаться в объективности и беспристрастности присяжного и разрешает ему остаться в коллегии.

Теперь Житников сообщает присяжным, что вызванные свидетели снова не пришли и поэтому приглашает их уже на следующее заседание.
В зале жена Бахаева и знакомая Эскерханова говорят, пока уходят присяжные: «Ну кому это нужно».
Каверзин обращается к судье. Он замечает, что в метро установлены камеры видеонаблюдения и можно изучить записи, чтобы понять, была ли это провокация.

«Дело в том, что по факту попытки оказать на меня давление, соответствующее уголовное дело уже возбуждено. Ко мне тоже подходят на улице, угрожают,

– говорит адвокат Садаханов, вспоминая свою разбитую машину. – Кто-то очень сильно хочет нас подставить и создать такие условия. Вы же сами читали материалы дела. Куда ни посмотри – все в пользу Бахаева».
Сам Бахаев тоже просит изучить камеры: «Нет никакой необходимости, чтобы кто-то к кому-то приходил».

Теперь Дадаев просит слово. Он интересуется, почему письма приходят судье, а не к нему в СИЗО.
«Заур Шарипович, я не знаю, почему их направляют ко мне», – отвечает Житнков. На возмущение Дадаева судья отвечает, что все это уже говорил исполнителю.
Дадаев долго говорит о том, что ему нужно было заверить доверенность для получения юридической помощи. После этого ему должна была прийти корреспонденция, но руководство СИЗО перенаправило ее в суд. Он спрашивает у судьи, что ему сказать руководству СИЗО, чтобы корреспонденцию направляли напрямую ему.
Житников снова подробнее отвечает, что корреспонденцию должны доставлять напрямую Дадаеву.
– Ну суд какое отношение имеет к этой корреспонденции? – спрашивает Дадаев.
– Никакое.

Семененко говорит, что хочет заявить ходатайство о продлении меры пресечении.
– Вы уже подготовились? – спрашивает Эскерханов.
– Да, – улыбается прокурор.
– Вот молодцы, – смеется Эскерханов.
Судья объявляет перерыв на полчаса, чтобы в зал привели Шадида Губашева. Ранее он был удален со слушаний за ненадлежащее поведение.

Жена Бахаева во время перерыва в холле говорит, что ей звонили с угрозой: «Мы знаем какой дорогой твоя сучка ходит домой». По словам супруги обвиняемого, у нее 20-летняя дочь. Жена Бахаева уточняет, что с угрозами звонили на домашний телефон.

Адвокат Садаханов в коридоре уточняет, что заведено уголовное после кражи документов и паспортов из его автомобиля в середине февраля.

«Вчера ночью на улице Красная Пресня я припарковал машину у супермаркета. После того как я вернулся из магазина, я обнаружил, что окно в моей машине разбито. С заднего сидения украли сумку со всеми материалами по делу об убийстве Бориса Немцова, все аудиозаписи судебных заседаний, а также мое удостоверение адвоката, паспорт РФ и загранпаспорт».

Дело заведено по статье 158 УК (кража). Адвокат Каверзин уже дал показания в рамках этого дела.

Заседание возобновилось. Судья отклоняет ходатайство адвоката Каверзина о повторной экспертизе гильз, поскольку считает исследование специалистов из института ФСБ полным и достоверным.
Теперь прокурор Львович ходатайствует о продлении срока содержания под стражей подсудимых на три месяца, до 30 июня. Оснований для ареста и продления этой меры, по мнению гособвинения, не изменились и не отпали.
В материалах дела нет сведений, что состояние здоровья мешает находиться подсудимым в СИЗО. Прокурор просит продлить арест всем пятерым подсудимым.

«Хотелось бы напомнить что нахождение других лиц пока неизвестно»,

– говорит адвокат Прохоров. Он напоминает о розыске Мухудинова. Адвокат добавляет, что, возможно, нахождение подсудимых в СИЗО безопаснее для них самих, поскольку Беслан Шаванов погиб при задержании, что с Мухудиновым, тоже неизвестно. Эскерханов смеется.

Цакаев считает, что нет весомых доказательств вины его подзащитного Заура Дадаева и перечисляет его награды, в том числе Орден Мужества и медаль За заслуги перед Чеченской республикой. Он просит не продлевать срок ареста.
Адвокат Муса Хадисов говорит, что есть основания для изменения меры пресечения подсудимым, и просит отклонить ходатайство прокуроров. По мнению защитника, предъявленные обвинения в суде не подтвердились. Артем Сарбашев замечает, что нет фактов попыток давления со стороны Анзора Губашева и других процессульных нарушений. Он подчеркивает, что Губашев уже давно находится в СИЗО: «Здесь вступают в силу гуманистические соображения». Адвокат, ожидаемо, просит избрать иную меру пресечения.
Вспоминая высказывание Прохорова, Магомед Хадисов отмечает, что его подзащитный не был знаком с Мухудиновым, в детализации номера Шадида Губашева нет соединений с телефоном Мухудинова.

«Я прошу избрать любую иную меру пресечения, не связанную с лишением свободы»,

– говорит адвокат.
Бюрчиева начинает с того, что «напрасно» пытаться убедить судью в смене меры пресечения.
– Может тогда вы не будете говорить? – спрашивает Житников.
– Анна Николаевна, Анна Николаевна, садитесь, не надо этих прелюдий, – окликает ее Эскерханов.
Адвокат все равно хочет высказаться. Она тоже говорит о длительности нахождения подсудимого в СИЗО, наличии у него дома и заинтересованности Эскерханова, который настаивает на своей невиновности, приходить на каждое заседание.
– У нас каждое продление содержания – это просто формальность, – говорит Бюрчиева. – Мой подзащитный находится в СИЗО третий год! У него семеро детей, пусть он обеспечивает их.
Бюрчиева просит отпустить Эскерханова под личное поручительство.

Заурбек Садаханов говорит, что Бахаева держат два года под стражей, хотя в деле нет «ни одного доказательства причастности» к убийству Немцова. «Что касается позиции потерпевшей стороны здесь мне немножко интересно стало, а именно возникло недоумение. Неужели представители потерпевших не знают, как в последнее время пытают и убивают в местах лишения свободы?», – говорит адвокат. Он тоже просит освободить Бахаева.
Дадаев и Анзор Губашев просят их освободить. Последний снова называет происходящее произволом.
Теперь слово берет Шадид Губашев. Он говорит, что в 2016 году в СИЗО «Лефортово» убили человека, хотя официально сообщили, что он повесился. Подсудимый вспоминает о недавнем возможном убийстве в СИЗО-5.
Он недоумевает, как сразу после убийства следователи выяснили, что убийство было совершено по найму. Затем возвращается к теме безопасности в СИЗО и говорит, что его похитили сотрудники ФСБ, которые и контролируют СИЗО «Лефортово». «Вы меня удалили из зала суда, потому что я говорю правду здесь. Обвинению можно говорить все что угодно, даже не спрашивая вас», – переходит Шадид уже к другой теме.
Эскерханов краток: «Домой хочу».
Довольный Бахаев поздравляет жену вместо выступления по ходатайству: «Роднуля, с днем рождения тебя, поздравляю!».

Житников огласит решение во вторник в 11 утра. На этом заседание окончено.

Источник:
«Медиазона»


23.03.2017 Одиночные пикеты возле суда над обвиняемыми в убийстве Бориса Немцова.
Рядом стоит полицейская машина, вокруг кружит ОМОН — наверно защищают во исполнение решение суда.
Защита пикетчиков ОМОНом очень усердна — проверяют документы, при отказе вызывают наряды полиции, стараются)

Это слайд-шоу требует JavaScript.


Фотографии — Надежда Митюшкина

Добавить комментарий