Борис Немцов о поддержке российских товаропроизводителей

02.06.2018
История. Интервью с Борисом Немцовым

ВГТРК, Подробности, WebArchive
Борис Немцов о поддержке российских товаропроизводителей
23 января 1998 года

Ведущий: Вы встречались сегодня с инициативной группой по созданию ассоциации «Покупайте российское»? Эти люди Вам понравились, насколько я знаю?

Борис Немцов: Очень деятельные, симпатичные люди.

 

Ведущий: Что надо сделать для того, чтобы действительно покупали российское? Вы настаиваете на том, что, например, государственная пошлина на сырье и материалы, которые идут из-за рубежа к нам, должна быть пониже, а на готовую продукцию повыше. Разница должна быть приличной. Но смотрите, например, такой факт. АЗЛК и «Рено» договорились о том, что во Франции собираются автомобили «Рено». Потом разбираются, провозятся через границу, потому что на части же налог ниже, здесь снова собираются. Или «Шевроле Блейзер» — джипы, которые в Бразилии собирают, потом снимают бампер, колеса, перевозят их в таком виде в Россию и здесь снова собирают. Это же анекдот.

Борис Немцов: Это анекдот. Но дело в том, что это не российский товар. И нам нужно требовать от иностранцев, если они хотят здесь работать, чтобы основные части собирались в России. Есть совершено простая схема, как это сделать. Установить для них определенные правила и, допустим, протекционистские меры в части таможенных льгот и прочее, но такие, что если через несколько лет половина автомобилей не будет собираться в России, то вся эта история будет похожа на авантюризм и никаких льгот у них не будет. Иначе, если мы это не сделаем, будет действительно история со снятыми, а потом прикрученными бамперами.

Идейка моя совсем не в том, чтобы ввести повышенные пошлины, а идея в том, чтобы создать конкурентную российскую экономику. Так вот, конкурентная российская экономика может быть в двух случаях, при выполнении двух условий. Первое условие — низкие цены, второе — высокое качество. Вот и все, все очень просто. Но теперь что происходит на российском рынке?

Скажем, в 93-м, в 94-м годах народ предпочитал есть иностранный шоколад — «Марс», «Сникерс», конфеты и прочее. Мясные продукты были из-за рубежа — колбаса, ветчина, все что угодно. И вообще ничего российского не осталось. Однако уже в 1997 году резко пошло увеличение потребления российских продуктов питания. При том, что ассоциации «Покупайте российское» еще не существовало. Почему это произошло? Улучшилось качество, и цена более-менее доступна. Вот и все.

 

Ведущий: Значит, пошлины — это не самое главное?

Борис Немцов: Конечно, нет. Гораздо важнее, например, телевизионная реклама. Я бы хотел, чтобы не только «Газпром» или «Инкомбанк» мог себе это позволить, но чтобы, например, замечательная фабрика «Свобода», где мы сегодня с утра были, чтобы она тоже рекламировала и детское мыло, и зубную пасту, и кремы для женщин и так далее. И есть для этого абсолютно очевидный механизм.

Считаю, что главное не брать налоги с тех затрат, которые идут на рекламу. Вот если в Налоговом кодексе будет такое решение принято, я вас уверяю, что очень многие российские товары, по примеру «Проктер энд Гембл», всяких там памперсов и так далее, появятся на наших экранах, и я думаю, что для российских телезрителей это гораздо более приятная картина, чем наблюдать то, что, к сожалению, сейчас происходит.

 

Ведущий: Кстати, о проекте Налогового кодекса. (…) В проекте Налогового кодекса записано такое предложение: позволить российским производителям затраты на рекламу включать в себестоимость продукции. Вот я сегодня покупаю зубную пасту за 10 рублей. Значит, я ее начну покупать за 11 рублей. 1 рубль я буду платить за то, чтобы ее кто-то еще начал покупать, потому что ее стали рекламировать по телевизору?

Борис Немцов: Здесь дело вот в чем. Наоборот, производители любые ратуют за то, чтобы в себестоимость включали затраты на рекламу. Тогда налогооблагаемая прибыль уменьшается, и они меньше платят налогов.

 

Ведущий: Значит, цена не изменится?

Борис Немцов: Цена может уменьшиться. Они просто налоги будут меньше платить. На Западе, например, все затраты на рекламу, даже на самую такую агрессивную, входят в стоимость и не облагаются налогом. Вот главное, чтобы они налогом не облагались. Это то, что мы сейчас закладываем в проект Налогового кодекса. Я думаю, что если эта норма будет исполнена, то российские товары будут рекламироваться наравне с иностранными, а может быть, даже и вытеснят иностранные, о чем можно только мечтать.

 

Ведущий: Вы сегодня говорили о том, что больше половины санкций по отношению к нашим товарам введено за рубежом. Антидемпинговых. То есть они делают так, чтобы наши товары не стоили слишком дешево, чтобы их похуже покупали. Понятно, что во Франции тоже хотят, чтобы покупали только французское, а в США — чтобы покупали только американское. Вот как Вы докажете, что они поступают нечестно, а мы поступим честно?

Борис Немцов: Парадокс вот в чем состоит. Не было ни разу в России не одного антидемпингового преследования ни по отношению к «Проктер энд Гембл», ни по отношению к китайским товарам, ни по отношению ни к каким товарам. И я могу привести десятки примеров. Например, «Северсталь», знаменитый Вологодский металлургический комбинат, постоянно в Европе сталкивается с тем, что Европейский союз вводит повышенные пошлины на импорт стальных труб. Такие же санкции в отношении этой же компании в Мексике, такие же санкции в США, везде. То есть эти преследования приводят к тому, что увеличиваются пошлины, и тогда отечественные, американские заводы, могут производить эти трубы.

Далее, вводятся санкции по отношению к российской легкой промышленности. Вот сегодня буквально говорили с руководством одной швейной фабрики московской. Они говорят, что мы не можем в Америку ввезти больше определенного количества пальто мужских.

 

Ведущий: Потому что не берут, спроса нет?
Борис Немцов: Нет, потому что запрещено.

Ведущий: Вообще запрещено?

Борис Немцов: Да, квоту вводят и на этом точку ставят. Просто не пускают на рынок. Так же как, например, определенные квоты существуют для ввоза удобрений, для химических соединений и так далее. Россия гораздо более в этом смысле либеральная страна. То есть здесь ни одного преследования, которое бы ограничивало доступ сюда товаров, просто не было еще. Я не хочу, чтобы они, кстати, появлялись. Но нам надо бороться за то, чтобы европейские страны полностью открыли свои рынки для российских товаров.

 

Ведущий: А пальто-то приличные?

Борис Немцов: Да, прекрасные пальто. Я, кстати, спросил: это в единственном экземпляре? Да нет, это у нас серийный выпуск. Мы свободно их продаем в Европе, в Америке. Правда, здесь какая хитрость. Многие наши производители (я сегодня в этом убедился, там более 20 руководителей предприятий было) ставят иностранные наклейки на свои товары. Даже на фабрике «Свобода», что меня потрясло, там специальный косметический женский набор, где крем, еще какие-то вещи, в упаковку с французскими наименованиями завернут. При том, что все сделано на фабрике «Свобода». Я когда спросил: зачем вы это делаете? Может быть, просто знаменитую наклейку фабрики «Свобода» вам лучше употребить? Они говорят: нет, нет, нет. У нас тогда упадут продажи. Это безобразие, конечно. Допустим, торговая марка «Довгань» пользуется популярностью в стране, я буду счастлив, если знаменитые торговые марки, там «Красная Москва», «Свобода», Второй московский часовой завод… Они все, кстати, участвовали в сегодняшнем оргкомитете. Если они будут гордиться своей маркой так, как во всем мире происходит.

 

Ведущий: Что с Вашим предложением отправить деньги бесквартирным офицерам непосредственно на счета бесквартирных офицеров через головы генералов?

Борис Немцов: Происходит следующее. Правительство одобрило эту программу строительства жилья для военнослужащих, уволенных в запас и увольняемых в запас. Таковых будет 200 тысяч человек, это очень много. Но уникальность этой программы состоит в том, что деньги пойдут не через Министерство обороны, не через Госстрой России, не через каких-то других чиновников, а напрямую из Минфина на личные счета офицеров, которым нужна квартира. И они, офицеры, сами у себя красть не будут. Будут стараться приобрести наиболее лучшее для них жилье, будут стараться сэкономить, естественно.

И эффективность этой программы — можем сэкономить до 30-40 % бюджетных денег. А главное, что вот эта бюрократия, которая всегда, когда через нее проходят деньги, не может не нажиться, она осталась с носом. Вот, собственно, в чем достижение. Я думаю, что количество дач всевозможных, которые появляются после осуществления таких программ, все-таки поуменьшится, а количество квартир, которые достаются офицерам, увеличится.

23.01.1998
Источник: WebArchive
Оригинал ВГТРК, Подробности, 23.01.98

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.