Из интервью Дмитрия Гудкова

21.01.2016
Особое мнение
О. Бычкова
― Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». С особым мнением сегодня у нас депутат ГД Дмитрий Гудков. Добрый день.

Д. Гудков
― Здравствуйте.

О. Бычкова
― Давайте мы начнем вот с чего. 27 февраля, через месяц и неделю годовщина убийства Бориса Немцова. Здесь много вопросов через год возникает. Это и марш, который намечен на 27 февраля, это ситуация и вокруг Немцова моста в Москве. Где все это произошло и где существует стихийный мемориал. То существует, то разгоняется, то снова возникает. Это и ход расследования. Поскольку вы в курсе всех историй, давайте мы начнем одну за другой обсуждать. С марша, наверное, начнем. Что будет?

Д. Гудков
― Я готов войти в оргкомитет, я знаю, что он сейчас создается. Безусловно, должна быть серьезная акция. Массовая акция, на которой люди должны выказать свое отношение и к расследованию и вообще к этому убийству. И почтить память Бориса Немцова. Поэтому я очень надеюсь, что и власти Москвы пойдут навстречу организаторам, что мы не будем, как это было в прошлый раз согласовывать по десять раз все эти маршруты. Я думаю, что надо пройтись тем же самым маршрутом, что и год назад. Но это мое мнение. В любом случае я готов буду согласиться с любым вариантом, который предложит оргкомитет. Готов его поддерживать, лично сам участвовать, обязательно приду и всех призываю.

О. Бычкова
― Да, это важно. Что происходит с мемориалом? Там все время какие-то новости, то он сохраняется, то не сохраняется. То там кого-то арестовывают, то все зачищают и возвращают потом обратно. Как вы думаете, что будет на этом месте и что должно быть?

Д. Гудков
― Я думаю, что рано или поздно там как минимум появится мемориальная табличка.

О. Бычкова
― А она появится?

Д. Гудков
― Сто процентов. Вопрос времени.

О. Бычкова
― А откуда уверенность такая?

Д. Гудков
― Потому что произошло политическое убийство, это теракт, убили человека, который занимал высокий пост. Убили действующего депутата Ярославской думы. Убили человека, которого поддерживают миллионы. Более того, еще больше людей, которые возмущаются этим политическим убийством. И я думаю, что мы обязательно добьемся, что рано или поздно появится мемориальная табличка или будет улица названа в честь Бориса Немцова. Мы за это будем бороться. Мы не остановимся.

О. Бычкова
― А почему год спустя бы ей уже ни появиться. Почему все время что-то такое происходит вокруг этого мемориала. И вокруг этого места и вообще вокруг идеи памяти. Как будто не нужна она там.

Д. Гудков
― Ну во-первых, вы же видите, что происходит с расследованием. И власть, безусловно, не заинтересована в том, чтобы появилось какое-то символическое место. Которое регулярно бы власти напоминало о том, что не только все исполнители не найдены, заказчики даже не названы. То есть мы же видим прекрасно, что власть замалчивает это расследование и не хочет называть нам фамилии настоящих заказчиков. Это совершенно очевидно.

Власть замалчивает это расследование и не хочет называть нам фамилии настоящих заказчиков

О. Бычкова
― А сегодня уже было сказано, что расследование завершено.

Д. Гудков
― Ну и где? И что? Во-первых, оно не завершено. Я думаю, что появится какая-то новая информация. Новые вбросы в ближайшее время. Я считаю, что вот эта вся истерика, которую мы наблюдаем со стороны Рамзана Кадырова и его окружения, это все говорит о том, что он не уверен в том, что расследование закончилось. Я думаю, что он демонстрирует сегодня активно лояльность, то есть все его обращения адресованы не оппозиции на самом деле, они адресованы российской власти. Он демонстрирует, что он очень влиятельный губернатор. Что его поддерживают в Чеченской республике, поэтому он собирает митинг. Он демонстрирует свою силу и свое влияние уже в других регионах страны. Таким образом он показывает, что в общем, продолжать расследование и, по крайней мере, намекает, не стоит. Потому что может быть какая-то обратная реакция. Я думаю, что все те вещи взаимосвязаны. И я не исключаю, что на каком-то этапе, если будет принято политическое решение все-таки расследовать это убийство до конца, наши силовики в этом заинтересованы, они обязательно назовут имя настоящего заказчика. Не только исполнителя.

О. Бычкова
― Объясните мне историю, я не до конца все-таки понимаю. Наши силовики говорите вы и не только вы, действительно заинтересованы в том, чтобы реально раскрыть это преступление. А вроде как наши власти проявляют какие-то другие тут интересы. Почему так?

Д. Гудков
― Надо понимать, почему они не хотят расследовать убийство до конца. Дело тут даже не в Борисе Немцове. Хотя и в нем тоже. Дело в том, что была нарушена монополия на насилие. Монополия на насилие должна принадлежать власти, силовикам. И никто не смеет ни в одной стране мира покушаться на эту монополию. И в данном случае как раз в расследовании силовики заинтересованы для того, чтобы всем продемонстрировать, что никто не имеет право на эту монополию покушаться.

О. Бычкова
― Ну хорошо.

Д. Гудков
― Но при этом вы видите, что все следы ведут в Чечню и совершенно очевидно, что Путин не заинтересован в том, чтобы у него начались еще какие-то проблемы на Кавказе.

Все следы ведут в Чечню и Путин не заинтересован в том, чтобы у него начались проблемы на Кавказе

О. Бычкова
― Мы не знаем, ведут они в Чечню, не ведут.

Д. Гудков
― Я так думаю.

О. Бычкова
― Но, по крайней мере, такие вопросы возникают. Они должны быть выяснены.

Д. Гудков
― Безусловно.

О. Бычкова
― И они не выясняются.

Д. Гудков
― По крайней мере, все те вбросы информации, которые мы наблюдали последний год говорят о том, что туда именно и ведут следы. И об этом многие уже говорят в открытую. И вспомните, когда следователи не могли допросить многих людей, которые находились на территории Чечни, много всего было.

О. Бычкова
― И до сих пор.

Д. Гудков
― Поэтому я думаю, что, во-первых, никто не хочет каких-то проблем на Кавказе. Я думаю, что именно с этим и связано отсутствие этой политической воли расследовать до конца.

О. Бычкова
― То есть вы хотите сказать, что высшее руководство, кто бы оно ни было, оно конечно…

Д. Гудков
― Я думаю, высшее руководство это президент Владимир Путин.

О. Бычкова
― Я хотела сказать, что может быть и не только президент Путин.

Д. Гудков
― По крайней мере, такие разговоры в думе слышу, что силовые структуры, начиная от ФСБ, заканчивая Следственным комитетом, заинтересованы были в том, чтобы расследовать это убийство. Более того, все уже прекрасно знают наверху, кто организатор, кто исполнитель. Как это все происходило, но, к сожалению, они не хотят этим поделиться с общественностью.

О. Бычкова
― Вот я поэтому вас и спрашиваю. Высшее руководство поставлено перед выбором: либо Кадыров, либо силовики. И делает, в общем, выбор в сторону Кадырова. Получается так.

Д. Гудков
― На этом этапе – да. Сейчас – да.

О. Бычкова
― А что может измениться?

Д. Гудков
― Может измениться конъюнктура. Там же тоже идет внутриэлитная борьба. Там тоже с переменным успехом она ведется. Поэтому я не исключаю, что видимо, силовики стали набирать в последнее время в этой борьбе, в связи с чем Рамзан Кадыров нам демонстрирует вот эти все …

О. Бычкова
― Нервы.

Д. Гудков
― Свою лояльность президенту, со всеми заявлениями, вот для этого проводятся митинги, все эти акции, связанные с борьбой с пятой колонной, еще с кем-то. Это все является следствием борьбы внутриэлитной между силовиками и руководством Чеченской республики. Здесь не надо оппозиции чего-то демонстрировать Кадырову. Мы все прекрасно понимаем, какие у него возможности и какие у всех риски. Для этого не нужно делать такие заявления. Эти заявления адресованы не оппозиции. Они адресованы верховной власти.

Из интервью Дмитрия Гудкова: Один комментарий

Добавить комментарий