Шестой день слушаний по существу дела об убийстве политика Бориса Немцова. Трансляция «Медиазоны»

18.10.2016
Слушания по существу дела об убийстве политика Бориса Немцова

Шестой день слушаний. Пятый день здесь

Московский окружной военный суд продолжает рассматривать дело пятерых обвиняемых, которых следствие называет исполнителями покушения на политика Бориса Немцова.
На скамье подсудимых Заур Дадаев, Анзор Губашев, Шадид Губашев, Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев, им предъявлены обвинения в наемном убийстве.

«Медиазона»

Прошлое заседание по делу об убийстве Бориса Немцова прошло в Московском окружном военном суде 13 октября. Стороны закончили допрос свидетеля Михаила Береснева, который вечером 27 февраля 2015 года за несколько минут до гибели политика проехал мимо него на своем автомобиле Lexus. В этот момент Немцов и его спутница Анна Дурицкая проходили около храма Василия Блаженного.
Прокуроры продемонстрировали видеозапись с регистратора, установленного в машине Береснева. Свидетель вспоминал, что обратил внимание на белое пальто девушки, хотя и не узнал мужчину, с которым та шла мимо храма.
После того, как Береснев проехал мимо пары, он увидел машину, которая, вырулив перед ним на мост, пересекла двойную сплошную и двинулась в обратном направлении. Речь идет об автомобиле Mercedes, номера которого следователи не установили.
Затем стороны перешли к процессуальным вопросам, которые обсуждают без присяжных. Защита ходатайствовала о предоставлении информации из СИЗО о том, кто посещал подсудимых братьев Губашевых и Заура Дадаева с 8 марта по 31 мая 2015 года и какие с ними проводили следственные действия.
По словам Анзора Губашева, в СИЗО его заставили сказать младшему брату Шадиду, чтобы тот оговорил его и Дадаева. Это происходило в присутствии полковника ФСБ и следователя Краснова, которые угрожали подозреваемому, говоря, что у его гражданской супруги будут проблемы, утверждал Губашев. Он сообщал также о пытках после задержания 6 марта, которое сам подсудимый называет похищением: «Полностью догола раздели и пытали меня, током били».
Шадид Губашев также пожаловался на пытки и говорил о давлении, которому подвергался во время следствия: якобы 9 марта в СИЗО «Лефортово» во время допроса, на котором присутствовали следователь Краснов и сотрудник ФСБ, в бокс заводили его брата Анзора. «9-го числа пришел Краснов и эфэсбэшник какой-то, он угрожал. Говорил даже: «Твою судьбу решил сам Путин. Тебя на север отправим. Уже решено все». Заводят брата моего и просят, чтобы он объяснил, как что нужно делать. Он говорит, вот такие показания дай, что мы с Зауром совершили преступления, что Беслан Шаванов, Дадаев стрелял, брат мой водил машину», — вспоминал Шадид в суде.
О пытках и давлении говорил и Заур Дадаев. По его словам, с 6 на 7 марта неизвестные объясняли ему, какие показания он должен дать, а уже в СИЗО его посещал следователь Краснов.
После выступлений подсудимых прокурор Мария Семененко отметила, что следователи проводили проверку по жалобам на пытки, но не нашли им подтверждения и отказали в возбуждении уголовного дела. Однако судья удовлетворил ходатайство адвокатов.
Затем допросили следователя Михаила Федорова и эксперта Динару Низаметдинову, которые собирали вещдоки на месте убийства Немцова в ночь на 28 февраля 2015 года. После них были допрошены сотрудница СК Марина Молодоцова и эксперт Института криминалистики ФСБ Татьяна Чаплыгина, которые проводили экспертизы вещдоков, в том числе гильз, изъятых из дома матери Заура Дадаева в Малгобеке. По итогам допросов судья отказал защите в ходатайстве об исключении из числа доказательств обвинения протокола обыска в доме матери Дадаева.

«Медиазона»


18 октября 2016 года, во вторник, стороны процесса начали допрос одного из понятых, присутствовавших при осмотре места преступления.
Присяжные сегодня приглашены к 13:00, до этого времени суду предстоит допросить понятых, подписавших протоколы с места происшествия, и решить процессуальные вопросы.

Довольно большие фрагменты текста шестого дня трансляции судебного заседания я взала у «Медиазоны», потому что в этой трансляции много подробностей и лучше читаются нюансы.

Первый понятой Валерий Юношев 1985 года рождения.

Адвокат Дадаева Марк Каверзин спрашивает, участвовал ли Юношев в осмотре места происшествия на Большом Москворецком мосту в ночь на 28 февраля, и что он там видел.
Понятой повторяет показания эксперта и следователя, как фиксировались найденные вещдоки. Подпись признает.

В качестве понятого я был на осмотре места происшествия, около двенадцати часов. Помню, проходил по мосту, ко мне обратились сотрудники полиции, попросили поучаствовать в качестве понятого. Я согласился. Там был следователь в жилетке «Следственный комитет», эксперт, медицинский работник. Нам следователь разъяснил права, разъяснил, какое следственное действие будет проведено.
После чего производился осмотр — труп, различные предметы, гильзы, все это фотографировал эксперт, нам он фотографии показывал на фотоаппарате. И протокол мы подписывали, подписывали какие-то конверты с изъятыми предметами.
Все в протоколах соответствовало происходившему. Где точно лежали гильзы, не помню.

Адвокат Каверзин:
— Вы помните конкретно, где были изъяты гильзы, и сколько их было?
Юношев:
— Точно помню пять или шесть, наверное, шесть. Гильзы были на тротуаре неподалеку от трупа, возможно, часть находилась на лестнице.

— А эксперта Вы помните?
— Какая-то девушка, как зовут, не помню.

— А гильзы, о которых Вы говорите — Вам следователь или эксперт показывали их маркировку, не на фотоаппарате, а вживую?
— Конечно, все предметы нам показывали, а на фотографии потом уже.

Каверзин спрашивает свидетеля, в каком порядке гильзы собирались в «кулечек», и где именно понятой расписывался на конвертах. Юношев говорит, что расписывал на протоколе и конвертах, это было на улице.
— Где и когда Вы расписывались на конвертах? Вверху? Внизу?
— Было все упаковано, и мы расписывались, по-моему, на клапане. Что расписывался, точно помню.

— А потом этот конверт чем-то заклеивался, куда-то еще помещался?
— Я все конверты подписывал.

— Сколько было конвертов с гильзами?
— Они в один общий конверт были упакованы. Обычный почтовый конверт.

Адвокат Губашева Муса Хадисов спрашивает, кто и каким образом пригласил понятого в суд.
Пригласили его повесткой, отвечает Юношев, перед заседанием он ни с кем не встречался, сразу приехал в суд.

У Магомеда Хадисова, защитника Шадида Губашева, вопрос к свидетелю:
«Какая была погода (холодно и влажно) и были ли влажными листочки, которые тот подписывал?»
Юношев не помнит.

Адвокат Эскерханова Анна Бурчиева:
— Вам было сказано, кто это? Сказали фамилию трупа?
— Я не помню.

— То есть в памяти не осталось, озвучивали ли Вам фамилию трупа?
— Не осталось.

— У Вас высшее образование?
— Да.

— Вы случайно не юрист?
— Юрист.

— Кем Вы работали тогда?
— Тогда я не работал. Я тогда устраивался юристом в государственное учреждение «Канал имени Москвы».

— А повестку Вы какого числа получили?
— Не помню, недавно.

— Вам говорил кто-либо по телефону, что надо говорить в суде?
— Нет.

— Что-то Вы неуверенно говорите!
Судья делает Бурчиевой замечание, просит задавать вопросы по существу и не комментировать ответы свидетеля.

Отвечая на вопрос адвоката Заура Садаханова, свидетель говорит, что в день убийства Немцова он был понятым впервые.

Адвокат Садаханов — Юношеву:
— А вот второй понятой, Вы помните его?
— Был парень. Мы почти одномоментно там оказались.

— Если это не секрет, расскажите, как Вы оказались на мосту? Вы же проживаете в Подольске.
— Проходил вечером по этому мосту. Там уже машины полицейские стояли, скорая.

— Вы гуляли там?
— В метро спешил.

— В какое?
— По-моему, в сторону Красной площади, там много метро. Я не москвич, я не помню расположение точное.

Адвокат Каверзин снова возвращается к вопросу о маркировке гильз:
— Можете ли Вы сейчас четко назвать маркировку гильз, которые Вам показывали?
— Не назову, цифры же не запомнишь, — говорит Юношев.

Анна Бюрчиева выясняет, отходил ли понятой от следователей во время осмотра места преступления и составления протокола.
— Вы там случайно оказались, получается?
— Случайно.

— А скажите хоть один факт, подтверждающий что Вы там случайно проходили?
— Ну гулял, шел к метро.

— Каким образом составлялся протокол?
— Там и составлялся.

— Где, возле трупа?
— Да.

— А кто светил?
— Фонари.

Вопросы свидетелю задает подсудимый Дадаев. Он спрашивает, где относительно трупа лежали гильзы.
— Направление трупа помните? Где голова, руки в какую сторону?
— По-моему, поперек на тротуаре лежал. Головой примерно к краю моста.

— Ну каким образом лежал? На спине, на животе можно. Вам объяснял это следователь?
— Да. На какой части тела? Точно не помню.

— А Вам не объяснили, с какой стороны шел убитый?
— Нет.

— Вам говорили калибр гильз?
— Я не помню.

Прокурор Мария Семененко просит еще раз продемонстрировать фототаблицу. Она показывает ее Юношеву, адвокаты тоже подходят к столу. Все вместе они рассматривают фотографию трупа.
— Соответствует ли действительности, как он лежал?
— Да.

Такой же ответ «соответствует» свидетель дает на вопросы о фотографиях гильз на асфальте. Прокурор показывает фотографию донца гильзы с маркировкой. Юношев читает вслух цифры маркировки.

Вопросы Юношеву задает судья. Свидетелю демонстрируют материалы экспертизы гильз — фото конверта, в который они были упакованы.
— Скажите, это тот конверт, в который упаковывалось шесть гильз, изъятых с места происшествия?
— … Наверное, тот. Похож.

Судья уточняет, видел ли понятой сейчас на конверте свою подпись.
— По-моему, ее там нет.

— Подойдите, еще раз посмотрите.
— Не могу найти свою подпись.

— А на месте происшествия Вы с какой стороны подписывали, где надпись или со стороны клапана?
— Точно не помню, там было много конвертов.

Судья Житников напоминает, что защита заявляла ходатайство об исключении протоколов осмотра гильз и места происшествия из числа доказательств — собственно, для принятия решения по этому ходатайству сегодня и вызвали понятых.

Тем временем, у адвоката Каверзина ходатайство о приобщении новых материалов.
Он направил адвокатский запрос в газету «Коммерсант».
В номере от 2 марта 2015 года была опубликована статья «Человек на мосту».
В ней говорилось, что все патроны, использованные киллером, имели калибр 9 мм и были выпущены в разное время и разными заводами. Каверзин просит приобщить к материалам дела эту статью.

Адвокат Каверзин:

Следователь осмотрел гильзы 1 марта, экспертиза проводилась 6-12 марта. Но 2 марта «Коммерсант» уже написал, где они сделаны. Прошу вызвать свидетелем авторов статьи в «Коммерсанте». Или конверт вскрывали, или журналист знал все заранее.

Судья отказывает в вызове журналиста «Коммерсанта» и в ходатайстве об исключении из дела протоколов осмотра места происшествия и фотографий

Прокурор Семененко возражает против ходатайства защиты.
Она говорит, что совпадение патронов — это собственно предмет доказывания, решение по которому должны выносить присяжные: из одной патроны партии, не из одной, связаны они или нет. По словам прокурора, в суде уже проследили всю цепочку обнаружения упаковки гильзы, и теперь сомнений в ее происхождении не осталось. Семененко просит отклонить ходатайство Каверзина.

Адвокат Цакаев объясняет странности, о которых только что говорил его коллега, тем, что «шло ожидание результатов обыска у Дадаева», у которого нашли аналогичные патроны, изготовленные в тех же местах.
«Это все связано с тем, чтобы у Дадаева оказались те же патроны, что на месте преступления». Он просит вызвать в суд также руководителя следственной группы Игоря Краснова, который подписывал постановление о назначении экспертизы.

Защита просит исключить и все видео, и вообще почти все.
Судья неспешно отказывает по всем пунктам

Семененко говорит, что не может не согласиться с замечанием защиты: в некоторых протоколах есть предположительные суждения следователя, и это недопустимо. «Есть вещественное доказательство, есть свидетель, будем показывать», — замечает прокурор.

Судья в ходатайстве защиты о признании материалов недопустимыми отказывает.
Ходатайство удовлетворено только в части одного замечания защиты — о предположительных суждениях следователя.
Житников оглашает список материалов, в исключении которых только что отказал защите; судья уточняет, что не будет зачитывать протоколы осмотра видео, записи будут просмотрены присяжными и свидетелями целиком.
Судья соглашается вызвать в качестве свидетеля Игоря Краснова.

Семененко ходатайствует о вызове свидетелей Дурицкой и Евгения Молодых на следующей неделе.
Судья предлагает вызвать Краснова сегодня на вторую половину дня. Адвокаты предупреждают, что у них много вопросов к нему будет.

Судья Житников обращается к участникам процесса:

Я должен вас информировать, какие поступают внепроцессуальные обращения к суду. Такие угрозы у нас имеются, не буду это озвучивать, посмотрите… И второе, такое мы уже смотрели, от того же лица, видимо.

Объявляется перерыв до 15:00 — за это время Краснов либо прибудет в суд, либо объяснит невозможность явки.

После перерыва судья Житников сообщает, что Игорь Краснов сегодня не успеет приехать и дать показания. Кроме того, в суд поступила телеграмма о том, что второму понятому, присутствовавшему при осмотре места убийства, не удалось вручить повестку — он не проживает по указанному в документах адресу.
Следующее заседание по делу об убийстве Бориса Немцова начнется в среду в 10:00.

Источники:
«GraniTweet»
«Медиазона»

У здания суда все дни, когда проходят заседания по делу об убийстве Бориса Немцова, члены движения «Солидарность».

18-10-2016-piket-u-cudaФотографии — Надежда Митюшкина

One thought on “Шестой день слушаний по существу дела об убийстве политика Бориса Немцова. Трансляция «Медиазоны»

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s