Вадим Прохоров: «…мы вынуждены подозревать суд в необъективности»

26.06.2017
Итоги суда по делу Немцова

Адвокат Вадим Прохоров — об итогах суда по «делу Немцова»

Процесс по делу об убийстве Бориса Немцова в Московском окружном суде близится к завершению. Среди подсудимых – Заур Дадаев, Анзор Губашев, Шадид Губашев, Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев. 22 июня, скорее всего, присяжные удалятся на вынесение вердикта.

Оппозиционного политика, бывшего вице-премьера России Бориса Немцова убили 27 февраля 2015 года в Москве на Большом Москворецком мосту. По версии следствия было совершено заказное убийство. Все подсудимые были задержаны практически сразу – в марте 2015 года. Еще один подозреваемый – Беслан Шаванов – подорвался на гранате во время задержания в Грозном. Одним из вероятных организаторов преступления Следственный комитет РФ считает водителя замкомандира батальона «Север» Руслана Геремеева Руслана Мухудинова, находящегося в розыске. Он, по версии СК, заплатил остальным участникам убийства 15 млн рублей. Уголовное дело по нему выделили в отдельное производство.

Трое из подозреваемых во время следствия сознались в убийстве, но потом отказались от своих показаний, сообщив о пытках. Представитель потерпевшей Жанны Немцовой адвокат Вадим Прохоров считает, что следствие не ответило на вопрос о заказчиках и потерпело фиаско. Настоящий же организатор, по его мнению, сам Руслан Геремеев.

Sobesednik.ru выяснил отношение Вадима Прохорова к спорным обстоятельствам процесса.

– С самого начала суд отказался вернуть дело для переквалификации. Его необходимо было переквалифицировать со статьи 105 УК РФ (Убийство) на 277 УК (Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля). Это не просто убийство, это политическое убийство. Более того, даже подсудимые об этом говорили, когда произносили последнее слово. Только власть старательно скрывает этот факт. Я напомню, что в первом предварительном чтении на заседании прокурор Антипов, которого потом убрали, прямо заявил:«Мы не можем позволить, чтобы убийства разного рода оппозиционеров квалифицировались как политические», – цитата закончена.

Ничего кроме удивления такие заявления не вызывают. Мне, например, совершенно ясно, что это убийство не из-за каких-то коммерческих соображений. В ходе разбирательства суд нам отказал в допросе целого ряда важных свидетелей. Это не только Рамзан Кадыров и Адам Делимханов (депутат Госдумы). Суд не принял никаких реальных усилий для вызова и допроса Руслана Геремеева. Это главный свидетель в моем понимании. По ходу следствия стало понятно, что именно он «старший», а никакой не водитель Руслан Мухудинов. Суд направил Геремееву повестку, а приводом отказался доставлять.
Я напомню, что в ходе судебного разбирательства следователь заявил, что группа приехала в родное село Геремеева, к нему домой, постучали в дверь, но ее никто не открыл. И этого аргумента им хватило. Здесь я приведу в пример доставку в суд оппозиционеров: им для привода по административным делам вскрывают квартиры.

Доказательство вины реальных заказчиков мы воспринимали как одну из главных задач в ходе процесса. В то же время суд концентрировал все внимание на исполнителях, которые в соответствии с версией следствия сейчас находятся на скамье подсудимых. Тем не менее нам кое-что удалось. Сейчас ни у кого, включая гособвинителя, нет сомнения, что главным в группе был именно Руслан Геремеев. Это очень важно.

  • Мы заявляли целый ряд свидетелей, в том числе Анну Дурицкую (находившуюся рядом с Немцовым в момент убийства, проживающую сейчас в Украине). Не утверждаю, что ее показания дали бы что-то новое, но тем не менее правильно было бы ее допросить по видеосвязи. Такая возможность есть, Украина и Россия подписали Европейскую конвенцию о взаимной правовой помощи по уголовным делам.
  • Также мы просили допросить ближайшего помощника политика Ольгу Шорину.
  • Можно было организовать допрос по видеосвязи и [политолога] Андрея Пионтковского, который на момент процесса находился в Израиле. Он уехал из России, во многом из-за конфликта с деятелями из Чечни, которые требовали привлечь его за экстремизм. У него есть информация, как он утверждает, о том, что при встрече в 2012 году с противником Кадырова, ныне проживающим в Лондоне Ахмедом Закаевым [один из лидеров самопровозглашенной республики Ичкерия], по его словам, через Рамзана Кадырова могли быть даны указания о ликвидации Бориса Немцова.
  • Мы также требовали приглашения Асланбека Хатаева, который «тусовался» вместе с подсудимыми на их квартире.
    Суд в вызове всех этих свидетелей отказал.

Мы сами привели в суд на одно из последних заседаний свидетеля Алексея Венедиктова [главного редактора радиостанции «Эхо Москвы», где вечером перед убийством был Борис Немцов]. Он дал показания о том, что за три-четыре часа до убийства Немцов жаловался ему о том, что боится расправы со стороны Рамзана Кадырова – я сейчас цитирую Венедиктова. Суд отказал в допросе Венедиктова при присяжных.

То есть все, что вело к организаторам преступления, ближайшему окружению Кадырова – все это суд отсекал, сосредоточившись на чисто формальной стороне вопроса.
В результате мы вынуждены подозревать суд в необъективности и заявили отвод судье.

 

В итоге мы имеем дело с девятимесячным судебным разбирательством. Я не хочу сказать, что оно ничего не дало. Есть данные, что нити тянутся наверх, как минимум в Грозный, подчеркиваю – как минимум. Суд все эти нити резал. Кстати, он отказал и в приглашении Виктора Золотова, главы «росопричнины», в просторечье Росгвардии (ранее возглавлял ФСО, камеры которой могли снять момент преступления – Sobesednik.ru). Тем не менее какие-то факты выяснили. Свое решение коллегия присяжных озвучит, может быть, завтра [22 июня], а может быть, во вторник. Подчеркну, что даже с точки зрения обвинения те, кто сидит на скамье подсудимых, обвиняются только в исполнении преступления. В вопросе выяснения заказчиков следствие потерпело полное фиаско; и, в общем, все только начинается.

Теперь более пристальное внимание будет уделяться выделенному в отдельное производство делу о заказчике и организаторах преступления. К сожалению, руководство следственной группы больше занимается делом губернатора Гайзера. По моим данным, одна следственная группа ведет эти дела. Я подозреваю, что со стороны российского руководства просто есть недвусмысленное указание о том, что не надо усердно заниматься этим делом. Наша задача – прилагать все усилия к тому, чтобы проводились хотя бы какие-то действия по этому направлению, – заключил Вадим Прохоров в беседе с Sobesednik.ru.

22.06.2017
Источник: Sobesednik.ru

Вадим Прохоров: «…мы вынуждены подозревать суд в необъективности»: Один комментарий

Добавить комментарий