«О!!! Тихо-тихо! Сейчас надо послушать! Сейчас он скажет!»

21.10.2015
Ярославль. Интервью с Борисом Немцовым

7 апреля исполнилось 40 дней со дня убийства Бориса Немцова. Специально для читателей «Улицы Московской» на вопросы Евгения Малышева отвечает Ольга Вахрина: последние полтора года она работала помощником Бориса Немцова как депутата Ярославской областной Думы.

Немцов в режиме нон-стоп

– Как Вы познакомились с Борисом Немцовым?

– С Борисом Ефимовичем я познакомилась 31 августа 2013 г., примерно за неделю до выборов в Ярославскую областную думу. Мои друзья организовывали спортивное мероприятие для любителей бега, и Борис Ефимович участвовал там со своей командой. Они пришли в майках с надписью «Мужики, хватит бухать!»
Немцов всегда любил спорт. На том мероприятии он пробежал 5 км – я как раз стояла на этой дистанции. Там и познакомились.
Люди в его предвыборной команде работали не за деньги, а действительно за идею: в тот момент в Ярославле был очень сильный подъём энтузиазма, многие записывались в наблюдатели. В день выборов я работала в составе мобильной группы и ловила карусельщиков.
После победы оказалось, что на должность помощника депутата ему не хватало одного человека. Я подошла к нему и предложила свою кандидатуру. Он меня взял.

image126125703

– Как часто депутат Немцов бывал в Ярославле?

– Ещё в рамках предвыборной кампании Борис Ефимович заявлял, что он не паровоз. И что если он выиграет выборы, то действительно придёт в регион. А не так, что привёл людей и уехал обратно в Москву.
Ему, конечно, никто не верил.
Но когда он выиграл выборы, то действительно купил квартиру в Ярославле. У нас было новоселье, куда пригласили блогеров и сторонников.
В этой замечательной двушке в 50 квадратов тусила половина ярославского «Фейсбука». И квартиру, где живёт Немцов, знал, наверное, каждый. Когда Борис Ефимович погиб, спустя пару часов к этому подъезду стали приносить цветы. Прямо ночью.
А в Ярославле он бывал довольно часто. Во-первых, он приезжал на заседания Думы, которые проходят каждый предпоследний вторник месяца. А во-вторых, на заседания комитетов, в которых он состоял. Он был членом двух комитетов: по законодательству и бюджету.
Соответственно, он бывал 3 раза в месяц – это минимум. А если идёт принятие бюджета, то мог находиться в городе полторы-две недели.

– На чём он ездил из Москвы и обратно?

– Ездил только поездом.
За полтора года он всего лишь один раз приезжал на машине. И это была ситуация, когда на поезд кончились билеты, и вообще ни на чём не уехать.
Как он говорил, в машине у него уставала спина. Да и спал он мало. А в поезде была возможность отдохнуть и поспать. Тем более люди его никогда не напрягали. Он был человек коммуникабельный, поэтому спокойно садился в поезд и ехал.
Кстати, в мой функционал, помимо подготовки документов, входила подготовка холодильника к его приезду. Я же прекрасно понимала, что шеф приедет поздно ночью, а в 10 часов утра у него заседание. Значит, нужны продукты на завтрак, чтобы он не шёл голодным.

И что же было у него в холодильнике?

– Он старался вести здоровый образ жизни, поэтому набор стандартный: йогурт без добавок, творог, сыр, фрукты, ягоды, орехи, горький шоколад, ветчина и минералка. Какой-то такой перекус.
Если позволяло время, он успевал с утра посетить спортивный зал. А потом – в Думу.

– На машине или пешком?

– По городу он ходил пешком. Первое время у обычных людей была реакция, что «Ой, Немцов идёт!» А потом все привыкли, что Немцов может ходить по улице и даже иногда заглядывать в магазин за продуктами.
Он очень интересно общался с бабушками, которые всегда к нему подходили. Любая бабушка, с любым вопросом. И он с высоты своего роста, глядя сверху, из-под очков, всегда наклонялся и слушал. То есть у нас приём граждан шёл в режиме нон-стоп.

11116363_867455593368246_6275099948040882818_o

«Вас выбрал народ, и на вас люди смотрят»

– Как смотрелся Борис Немцов на фоне других ярославских депутатов?

– Было очень забавно за этим наблюдать, потому что Борис Ефимович – человек взрослый, который в силу устоявшихся привычек жил так, как ему было удобно. Поэтому на заседание комитета или Думы он приходил в джинсах, мокасинах и рубашке. Конечно, без галстука.
Первое время он сильно выделялся на общем фоне депутатов, которые все на одно лицо, в тёмных костюмах и галстуках под кадык. Аппарат Думы пытался как-то донести, что у нас это как бы не принято. Но никто ему, конечно, в прямую этого не говорил. Хотя за спиной обсуждали.
А потом гляжу: некоторые депутаты тоже стали приходить на заседания в толстовках и джинсах.

– Как проходили его выступления?

– Он очень ярко всегда выступал, высказывался по каждому острому вопросу. Очень конструктивно. Всё, что он говорил, было основано на фактуре.
Борис Ефимович чётко понимал бюджетный процесс. Он мог с цифрами в руках спорить с нашим местным министром финансов, что для Ярославля вообще нонсенс! И та острота, которую Немцов придавал проблемам, способствовала их решению.
В Ярославле это был единственный политик, который выходил с такой повесткой, с такой очень жёсткой критикой – он мог себе это позволить. Настолько свободных людей, которые могут сказать что-то в лоб и вывести чиновников на чистую воду, у нас, конечно, нет. Он держал всех в тонусе. Не давал дремать.
И депутаты, глядя на него, всё-таки учились говорить правду. Учились поднимать, а не замалчивать вопросы. Они поняли, что так, оказывается, тоже можно: говорить то, что ты думаешь. Потому что, как говорил Борис Ефимович, «вас выбрал народ, и на вас люди смотрят. И то, что вы сидите здесь и помалкиваете, зная о проблемах, чести вам не делает».

– Что говорили о нём ярославские журналисты?

– Журналистское сообщество его очень любило, потому что он человек контактный: говорил хорошо, и с ним легко было работать в этом плане.
Но у нас в Ярославле настолько цензурированные СМИ, что Немцову даже предвыборные выступления срезали и отдали деньги обратно. Доступ на местное телевидение и в печать для него был закрыт. Он имел возможность выступать только на «Эхо Москвы – Ярославль» и в интернет-медиа.

Первое время отчаянные молодые ребята с ВГТРК «Вести – Ярославль» пытались брать у него комментарии, с удовольствием записывали с ним интервью. Но редактура ничего такого не пропускала.
В этом плане было тяжело. Но журналисты его очень любили. И если идёт заседание Думы, то даже представители правительственных каналов с нескрываемым удовольствием смотрели в предбаннике трансляцию из зала и говорили: «О!!! Тихо-тихо! Сейчас надо послушать! Сейчас он скажет!»
С таким же нескрываемым удовольствием Немцова слушали сотрудники думского аппарата.

image126125731


В поисках чести и достоинства

– Насколько я помню, он судился с кем-то из ярославских…

– В конце I квартала прошлого года областной Департамент здравоохранения заявил, что кончились деньги на обеспечение льготников бесплатными лекарствами. А это онкология, шизофрения, диабетики – просто огромный список.
И был очень большой думский скандал, Борис Ефимович активно этим занимался и нашёл существенные нарушения в работе господина Сенина, который являлся заместителем губернатора и курировал здравоохранение. Совершенно та коррупционная история, которая называется классикой жанра.
Вот этот господин Сенин потерял должность и подал на Бориса Ефимовича иск о защите чести и достоинства. Сенин с треском проиграл его. Потом пошёл в апелляцию и с треском проиграл ещё раз.
После чего в «Фейсбуке» писали, что у экс-заместителя губернатора чести и достоинства не обнаружено.
Впоследствии на должность Сенина заступил Ростислав Анатольевич Даниленко. И это единственный чиновник из правительства, которого когда-либо хвалил Немцов. Сегодня он возглавляет всю социалку.

– Как Немцов относился к своим оппонентам? Что говорил о них за закрытыми дверями?

– Борис Ефимович ко всем людям относился уважительно, даже к оппонентам. Он вообще был человеком добрым, весёлым. Ненависть для него крайне несвойственна.
Он умел слышать людей. Умел признавать, что не прав. И умел соглашаться с оппонентом, от какой бы партии тот ни был.

– Он ругался на Вас, как начальник?

– Были моменты, ругался. Но он даже ругался очень по-доброму. Иногда было даже забавно на это смотреть. Он ругал нас как родных детей.

Последние слова

– Когда Вы в последний раз виделись с Борисом Ефимовичем?
– Он приезжал ровно за неделю до гибели – в пятницу. Приехал поздно вечером, чтобы в субботу презентовать сторонникам свой антикризисный план (альтернативный местному правительственному).
Мы ходили с ним на запись в «Эхо Москвы – Ярославль». В ту же субботу мы его проводили, он уехал.
А переписывались мы с ним практически каждый день. Он хотел быть в теме всего того, что происходит в регионе.
Последний раз я обменялась с ним сообщением в 21.30 – за полтора часа до убийства. Мы обсуждали пост председателя областного правительства Александра Князькова, который сообщил в «Фейсбуке», что у нас долги муниципальных районов составляют 240% от собственных доходов. Борис Ефимович попросил скинуть ему бюджетные нормативы, чтобы написать ответный пост.
Он написал, что у нас «председатель правительства далеко не дурак и очень хорошо, конструктивно написал».
Ну а потом я пошла на вечернюю пробежку, и где-то ближе к полуночи мне позвонила приятельница из журнала «New Times». Я взяла трубку, а там просто крик: «Оля, это правда?! Немцова застрелили?!»
Я сразу набрала его адвоката Вадима Прохорова, и он ответил: «Яшин подтвердил. Я сейчас выезжаю туда».
До сих пор не верится… Я была на прощальной панихиде и на погребении, видела его маму. В день похорон сына ей исполнилось 88 лет. Она отстояла у гроба больше 5 часов, пока прощание не закончилось. Я думаю, что внутренний стержень Немцова – от неё. Она – очень сильная женщина. И он очень ею гордился. Очень часто вспоминал о ней и говорил, что его мама – врач.

Москва, Голицыно, 14 марта 2015 г.
bezformata

Добавить комментарий