Борис Немцов: «Надо будет действовать не без риска, но без бронежилета»

03.12.2016
Немцовская эпоха

Издание «Нижний сейчас»
Борис Немцов: «Надо будет действовать не без риска, но без бронежилета»
Разместила: Наталия Лисицына

7 марта – 9-й день после убийства Бориса Немцова. И мы даем слово ему самому – по сохранившейся в личном архиве расшифровке пресс-конференции (17 марта 1997 года) после назначения губернатора Нижегородской области первым вице-премьером. Публикуется с сокращениями.

Почему дал согласие?

С премьер-министром Черномырдиным
С премьер-министром Черномырдиным

… Если говорить о встрече с президентом. Мы обсудили наиболее существенный, на мой взгляд, вопрос: какая Россия нам нужна? В латиноамериканском виде, в виде Южной Кореи образца десятилетней давности, в виде Пакистана или европейской демократии, где нет такой поляризации, такой разницы между богатыми и бедными, нет такой коррупции, как в Латинской Америке, нет такого напряжения в обществе, как у нас?
И президент заявил твердо и четко, что Россия достойна лучшего выбора. Для меня это было абсолютно принципиальным.

Я сказал также о том, что блок вопросов, который предлагается мне возглавить (социальная сфера, ЖКХ, контроль над естественными монополиями – «Нижний сейчас»), конечно же, крайне болезненен, и придется принимать в том числе и непопулярные решения.

Президент сказал, что он это понимает, и обещал оказывать поддержку – личную – на протяжении ближайших двух лет. После довольно длительной беседы, когда я понял, что президент по-настоящему решительно хочет улучшить ситуацию, я дал согласие.

… Я принял это решение не из-за каких-то карьеристских соображений (это абсолютная была бы глупость, да?), а просто из-за того, что больно и тяжело смотреть, что страна, в которой я родился и в которой помру, ее люди, находятся в униженном положении. И может быть, я переоцениваю свои силы, но мне кажется, что сейчас есть шанс ситуацию переломить.

О новой и прежней должности

На презентации книги «Провинциал в Москве»
На презентации книги «Провинциал в Москве»

… Я знаю, что моя должность – это должность камикадзе. Но когда в 1991 году меня президент назначил губернатором, я абсолютно искренне так же думал. И многие люди, многие журналисты, присутствующие в этом зале, тоже думали, что это назначение на очень короткий срок и буквально через несколько месяцев Немцова вынесут из «белого дома» если не вперед ногами, то, по крайней мере, в тяжелом состоянии духа. Так вот, к счастью, этого не случилось.

Если вспомнить то время, жизнь-то была несладкой у нас здесь. Мы сюда пришли, нас было трое – я, Татьяна Гришина и Павел Чичагов. Из «белого дома» убежали все его обитатели, попрятались все работники аппарата и не выходили из своих нор несколько недель. Потом, когда увидели, что я не такой уж свирепый и страшный, была сформирована очень хорошая команда.

Главной идеей было сочетание новых людей и людей, имеющих большой опыт хозяйственной советской работы. И мы умудрились ужиться друг с другом. И я считаю одним из своих больших достижений, что нам удалось сохранить здесь мир на протяжении всех этих лет, хотя и были эксцессы. Несмотря на проблемы, у нас хорошие отношения с нынешней городской администрацией, с городской Думой – это, в общем-то, редкий пример для России. Я бы очень хотел, чтобы после меня такое согласие и понимание важности совместной работы сохранилось.

Кого бы хотел забрать в Москву?

Всех. Я говорю совершенно честно. Когда приходишь на работу и не знаешь, как зовут секретаршу, а перед тобой стоят задачи социальной сферы, заработной платы, пенсий, и люди ждут, что после назначения произойдет чудо, а ты даже не знаешь, к кому и как обратиться, это не наводит на радужные мысли. Поэтому если бы весь наш «белый дом» взяли крюками, с помощью «МиГов» перенесли в Москву и сказали бы, что это офис первого вице-премьера, я был бы просто счастлив. Даже если бы там были все наши журналисты – ничего, тоже бы могли (веселье в зале).

Об обещаниях

Сам я могу обещать три вещи.
Первое: я не буду воровать и брать взятки.
Второе: я не буду врать, как старался не делать этого и здесь, в Нижнем, на протяжении многих лет.
Третье: все действия со стороны правительства, за которые отвечаю, в том числе и болезненные, я буду обязательно объяснять, чтобы люди знали, во имя чего делаются вещи, которые иногда приносят боль.

О принципах

Знаете, какой главный принцип? Чтобы у власти были нормальные порядочные люди, которые вопреки даже своим политическим устремлениям (я хотел бы это подчеркнуть особо) готовы работать сейчас без всяких игр — «мы сегодня пересидим, пусть они там авгиевы конюшни расчистят, а начнется подъем, тут мы занырнем в правительство и будем героями, а те, кто до нас, будут прокляты». Такая позиция есть у многих.

И, честно вам скажу, она и у меня была. Сидел бы я здесь губернатором, и все было бы хорошо, мы с вами переломили бы ситуацию в ближайшее время, пошло бы все на подъем, стало бы чуть-чуть полегче жить – и вот он, герой! Как можно красиво въехать в правительство! Согласитесь, ведь так?
Но, повторюсь, я считаю, что сейчас действительно есть шанс ситуацию переломить. Даже, может быть, ценою собственного политического будущего.

— Борис Ефимович, вам подарить бронежилет?
— Что, поможет, думаете?

— Но вы представляете, что идете на войну? Вы задумывались об опасности, о том, что в вашем характере наступать на мозоли кому-то? О том, что ваши идеи не всем понравятся?
— Это на самом деле не мои идеи, а очевидные истины, с которыми уже все согласны, но которые почему-то никто не хочет претворять в жизнь («а зачем мы, пусть другие», «давайте еще подождем, может, само выправится», «все равно куда-нибудь кривая выведет»).

Надо будет действовать решительно, активно, в том числе не без риска, но без бронежилета, потому что у нас, к сожалению, очень тяжелые бронежилеты, в них трудно ходить, а мне надо будет двигаться все время…

Пресс-конференция в Нижнем Новгороде, на которой губернатор Немцов объясняет журналистам, почему уезжает в Москву. 1997 год. Фото: из архива Александра Котюсова
Пресс-конференция в Нижнем Новгороде, на которой губернатор Немцов объясняет журналистам, почему уезжает в Москву.
1997 год. Фото: из архива Александра Котюсова

Фото Дмитрия Косолапова

Добавить комментарий