«– Борис, не сдаваться! – Пока, друзья! До встречи 31-го!»

16.01.2017
История. Борис Немцов после 15 суток ареста 15 января 2011 года

– Борис, не сдаваться!
– Пока, друзья! До встречи 31-го!

Борис Немцов выходит на свободу после 15 суток ареста, задержанный под Новый Год на санкционированном митинге «Стратегии-31» на Триумфальной. 40 часов в каменной клетке, суд с судьей Боровковой, не давшей Борису присесть в течение 5 часов «ввиду отсутствия стула» (!), апелляция аж 12 января, ввиду праздников у судей…
В общем, наш обычный родной российский беспредел.
И вот — на свободе, с жестоким бронхитом, спавший в камере рядом с туберкулезником, но агитировавший там сокамерников, бодрый как всегда и несломленный Борис Немцов.

Первые интервью, цветы, слова поддержки…

15 января 2011, около ОВД «Тверское».

Видеоархив и расшифровка Алены Голубевой

РАСШИФРОВКА

Борис Немцов: «Они меня посадили в машину, запретили мне звонить, даже жене, сказали – «позвонишь, только когда приедешь в «Тверское», ну, чтобы, видимо, сюда никто не успел.

– По дороге чтобы не перехватили.
– Да. Чтобы по дороге не перехватили. Ну, в общем, издевались до последнего, что называется.

– Как сокамерники относились?
– Ну, я так скажу: я уходил, в моей камере было 13 человек, вообще, условия, конечно…

– В изоляторе.
– Да, в изоляторе. Вот конкретно у меня в камере, в изоляторе больше народу. Это такая… тюрьма там, где-то всего на 100 мест, ну вот, в нашей камере, где было, может, общая площадь камеры 40 с чем-то метров, 13 человек, при этом, сами понимаете, все ещё курят, болеть в таких условиях тяжеловато. Ну, я проводил с ними политинформацию, вот, я им рассказывал про доклады «Путин. Итоги», «Лужков. Итоги», «Сочи и Олимпиада» почему-то всем понравилась, все они готовы записаться в оппозицию, все готовы прийти 31-го числа. Я, кстати, тоже готов прийти 31-го числа. Вон, моя Жанна пришла, видишь? Моя дочка Жанна, которая…
«Иди сюда, не бойся!» Балда…
Она боится, что её арестуют тут. Она уже боится к зданию РОВД подходить. Вот.
Ну, я считаю, что мы провели большую работу в изоляторе, вот, и большое количество людей к нам будут относиться с сочувствием.

– Борис, этот <нрзб.> не повлияет на дальнейшие планы?
– Да нет, ну, послушайте, есть вполне внятная повестка дня. Мы будем продолжать «Стратегию-31», мы будем строить Партию народной свободы, мы будем готовиться к праймериз по президентским выборам, мы будем, естественно, участвовать в протестных во всех акциях, как договорились. Они хотели меня запугать, они хотели меня попрессовать… Потому что, знаете, помещение на 40 часов в каменную клетку в Новый Год – это, конечно, акция устрашения. В результате и не запугали они меня, и не запрессовали. У меня, в общем, вполне такой, боевой настрой. Единственное, что меня сильно как-то беспокоит – то, что я болею…

<Нрзб., Европейского?> суда в течение суток принял к рассмотрению дело, поскольку абсолютный произвол, вопиющее нарушение. Во-первых, условия, в которых я содержался 40 часов в каменной клетке, в Европе считаются пыткой, во-вторых, судилище, которое устроила Боровкова, является и пыткой, и издевательством над правосудием, и третье – право обжалования решения – бессудного, безрассудного решения Боровковой, которое, собственно, у каждого человека в стране есть – я был этого права лишен. Увидев такой беспредел путинский, естественно, Европейский Суд по правам посчитал необходимым это дело <нрзб..>.принять к рассмотрению и в ближайшее время мы ожидаем решения. Сейчас, кстати, со мной тут начальник пытался провести профилактическую беседу, предупредил о 31-м числе, вот. Намекнул, что всё повторится сначала, весь беспредел. Но меня поразила, конечно, их трусость, когда они меня из изолятора увозили, они очень боялись, что будет много сторонников…
Я, кстати, очень благодарен всем, кто меня поддерживал…

–… Очень много народу
– А почему, там, позвонить нельзя было и сказать людям?.. Нет, дело в том, что там 5 машин ОМОНа…

– Мы не знали, куда Вы поедете.
– А я ж крикнул. Я, когда меня увозили, я крикнул журналистам, что меня везут в «Тверское». Вот. Собственно, я крикнул же. Поэтому…

– Привет, красавец. Спасибо. Спасибо большое.

– На свободе, это самое главное.
– Ну, в общем, всё. Поеду лечиться, отметим…

– У Вас же пресс-конференция в понедельник.
– Да.

– Состоится?
– Ну, я думаю, я очухаюсь.

– А завтра на Пушке, вроде, собираются?
– Неет. Я уж, извините, можно я, можно мне, можно мне придти в себя?

– Можно Вас поздравить с этим, спасибо.
– Как себя чувствуете?
–Я, так, ничего себя чувствую. Нормально спасибо вам.

– Нормально… <Нрзб.> Что Вы живой-здоровый.
– Нормально себя чувствую. А… нашисты пришли.

– Не дали мне телефон, вот, позвонить я смог своим, там, родственникам только, когда приехал сюда, в «Тверское». Вот, ну, вот такие они, подлые.

– А где машина?
– На пресс-конференции будет также Лимонов, а Вы раньше говорили, что не рассматриваете возможность сотрудничества?..
– Не, дело в том, что… Не-не-не, мы ничего не изменили, просто беспредельные задержания, незаконные, никуда не годятся, да?. Вот и всё.

– А где машина-то?
– В понедельник будешь?
– Буду, да.

– Борис, не сдаваться!
– Пока, друзья! До встречи 31-го! Пока!»


Михаил Соколов, 15 января 2011:

Я все же успел доехать с Варшавки на Дмитровку и увидеть как Борис Немцов вышел на свободу.
Обещал быть в 22 в понедельник у меня в эфире. Надеюсь, вылечит бронхит.

15-01-2011-nemtsov_okoov

Жанна Немцова, 15 января 2011 г.

Сегодня после 15 суток ареста освободили моего отца. Мы зашли в кафе, фото сделано там.
На выходе на отца напали активисты прокремлевской организации с сачком. Удалось отбиться.

15-01-2011-nemtsov__nemtsova

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.