Вадим Прохоров: «Нынешний правящий политический режим в стране и убил Немцова!»

06.06.2017
Прения в суде по делу об убийстве Бориса Немцова

Facebook Vadim Prokhorov

Сегодня мы с Ольгой Михайловой — адвокаты Жанна Немцова — выступили перед присяжными в прениях сторон в Московском окружном военном суде по делу об убийстве Бориса Немцова.
Почти полный текст своего выступления в прениях с изложением нашей позиции по результатам судебного следствия прилагаю.

Текст прений Ольги Михайловой здесь.

Тезисы к прениям
адвоката Вадима Прохорова — представителя потерпевшей Жанны Немцовой

Уважаемые присяжные, уважаемый председательствующий, уважаемые присутствующие!

Я хотел бы начать своё — надеюсь, недолгое — выступление в прениях с банальной, но очень важной для меня мысли: данного дела не должно было быть! Мы все не должны были здесь собираться в течение почти 9-ти месяцев, уважаемые присяжные не должны были отвлекаться от своих повседневных важных дел, но самое главное: ныне здравствующая Дина Яковлевна (мама Бориса Ефимовича) не должна была хоронить своего сына ровно в день своего 87-летия, 3 марта 2015 года! Потому что полного планов и надежд, находящегося в прекрасной физической и интеллектуальной форме, энергичного, замечательного человека, лидера оппозиции не должны были убивать в самом центре Москвы — буквально рядом с Кремлем, это очевидно.

Но так произошло… И теперь необходимо детально разбираться в случившемся и приложить все усилия для раскрытия преступления и привлечения к ответственности виновных.

Но здесь же я хочу поделиться и другой своей мыслью, менее банальной, но также очевидной: к великому сожалению, это убийство явилось закономерным результатом развития политической и общественной ситуации в стране, когда публичная травля представителей оппозиции, открытые нападения на них стали заурядным и обыденным делом. Это произошло в последние 10-15 лет: привыкание к агрессии в отношении несогласных и фактическое поощрение на государственном уровне нападавших. И подтверждением этого является упорно создаваемая властью атмосфера нетерпимости в обществе к оппозиции и оппозиционным лидерам, нелицеприятные и агрессивные высказывания высших должных лиц государства, включая президента, об оппозиции, конкретно о Немцове.

За последние несколько лет имели место многочисленные нападения на Бориса Немцова и угрозы его жизни и здоровью со стороны сторонников действующей власти, по которым никто и никогда не был привлечен властями к ответственности. В частности, во время многочисленных поездок по стране самого Бориса Ефимовича на него многократно пытались надеть сачок, обсыпали мукой, обливали аммиаком, забрасывали яйцами, на машину скинули унитаз (об этом в суде говорил свидетель водитель), ему угрожали в соцсетях — и многое другое. И каждый раз нападавшие оставались абсолютно безнаказанными — даже в тех случаях, когда их личность была установлена. Напротив, пытались привлечь к уголовной ответственности самого Немцова — когда он, не выдержав, давал сдачу. Мы все помним, какая истерия против оппозиции разразилась как раз к весне 2015 года в государственных СМИ (а иных у нас почти и нет)!

«Предатели, пятая колонна, враги народа!» — неслось отовсюду в ходе специально подготовленной и поощряемой сверху кампании. Совершенно очевидно, что все это породило чувство полной безнаказанности и лаже востребованности властью у тех, кто задумал, организовал и совершил это чудовищное преступление. И вот, наконец, Бориса Немцова убили — на мосту у Кремля…

Именно поэтому я имею все основания утверждать, что в широком, политическом смысле ответственность за убийство Бориса Немцова несет нынешний правящий политический режим в стране — именно он его и убил!
Но, как известно, пули сами не летают, а СИМ-карты (как метко заметил председательствующий) не обладают свойством самостоятельно переставляться без помощи соучастников преступления из трубки в трубку. Должны быть установлены, задержаны и привлечены к ответственности и конкретные соучастники данного преступления — прежде всего организаторы и заказчики.

И вот здесь следствие потерпело совершенно очевидное фиаско — по-видимому, сознательно! Организаторов убийства Бориса Немцова не только нет на скамье подсудимых — но они даже не задержаны и не установлены. В соответствии с обвинительным актом организатором преступления является «Руслан Мухудинов и иные неустановленные лица». При этом и вышеуказанный Руслан Мухудинов до сих пор не задержан, местонахождение его официально неизвестно.

И вот здесь я должен согласиться с подсудимым Зауром Дадаевым, я напомню, о чем он говорил: Руслан Мухудинов по своему положению в иерархии этой группы, а также (добавлю еще от себя) по своему функционалу действительно не может быть организатором данного хорошо подготовленного преступления (тем более — единственным организатором). Он — я убежден в этом на основании имеющихся доказательств — действительно имеет прямое отношение к совершению данного преступления, но никак не в качестве организатора, а такого же исполнителя, как ряд из тех, что сидят сейчас на скамье подсудимых. А вернее сказать — скорее связующего звена между организаторами и исполнителями. Руслан Мухудинов — простой водитель, водитель Руслана Геремеева. Без собственных средств и ресурсов, моложе ряда сидящих на скамье подсудимых — пока без собственного особого веса в этом обществе, без собственных интересов, отличных от своего работодателя и покровителя Руслана Геремеева.

Так или иначе, но за два с лишним года, прошедших после убийства, у нас нет ни заказчиков, ни организаторов этого самого громкого в стране преступления. При повышенном и исчерпывающем финансировании российских правоохранительных органов и спецслужб, при том, что, якобы, данным делом занимаются лучшие следователи страны. И результат в этом отношении — ноль! Я думаю, всем и каждому очевидно, что хорошо подготовленное, заказное убийство не может считаться раскрытым, пока не установлены и не задержаны его организаторы. Так вот: данное преступление не раскрыто! И не верьте тем, кто скажет иное. И это — позор для правоохранительной системы страны и для власти в целом, иного слова здесь нет! Уверен, что именно в таком качестве это дело в будущем войдет в российские учебники истории. Хотя уверен также и в том, что со временем истина по данному делу приоткроется в полном объеме. Такие преступления не могут просто «кануть в вечность».

Не установлен также и мотив убийства в части организаторов преступления: почему убили именно Бориса Немцова? Какова причина? При этом очевидно, что это — хорошо и тщательно подготовленное убийство. Следствие и обвинение полагают, что мотив у подсудимых (исполнителей) — корыстный, по найму, за вознаграждение. Вполне вероятно. Хотя мне кажется, что в чеченском обществе нельзя также сбрасывать и другую очень важную причину: старшие приказали! Там это — серьезный и важный мотив. В данном случае имеются в виду старшие скорее не по возрасту, а по реальному социально-иерархическому положению в кадыровском комьюнити.
Но вот организаторам-то и заказчикам это зачем? У них что, эти деньги — лишние? Следствием не установлено. При этом абсолютно для всех очевидно — и на это указывали свидетели (и Гудков, и Яшин, и Рыклин) — что единственным очевидным мотивом для организаторов и заказчиков было пресечение активной политической и общественной деятельности Бориса Немцова. Вот только следствию это почему-то осталось неясным.
Кстати, здесь же хочу отметить, что просто поражают люди (причем некоторые — из числа сторонников), которые всерьез выдвигают тезис: да кому он нужен был — ваш Немцов! Для власти он не опасен. Но ведь убили же — причем убийство, еще раз повторю, тщательно и хорошо организовано! Значит, нужен был, значит — опасен! Значит, очень весомо и доходчиво было его мнение и его действия.

Кстати, напомню, что совсем недавно, несмотря на бешеное противодействие, жители Ярославской области избрали его своим депутатом. До следующих — федеральных — выборов он уже не дожил. Говорят: незаменимых нет — это ложь! Сейчас как никогда сказывается именно его отсутствие.

Дабы не быть голословным и при этом завершая тему организаторов и заказчиков, в очередной раз окажем содействие следствию и обвинению и пройдемся по цепочке — опираясь при этом строго на имеющиеся в деле доказательства (хотя, конечно, хотелось бы, чтобы их было больше).

Квартиру на Веерной улице, 46 (одна из двух квартир, где постоянно появлялись, встречались и жили подсудимые и иные фигуранты дела) за 19 миллионов рублей купил Руслан Геремеев — на имя своего племянника Артура Геремеева. Другую квартиру — на Веерной улице, дом 3 — он снял за счет своих средств осенью 2014 года. Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются письменными доказательствами (договорами, соответствующими выписками из ЕГРП), данными в суде показаниями свидетелей (в частности — риэлторов, а также горничной Зарины Исоевой), да, в общем-то, не отрицаются и самими подсудимыми.
А кто такой — этот Руслан Геремеев? Вот здесь подсудимый Заур Дадаев говорил, что это — солидный человек, которому и нужен был в качестве водителя и помощника Руслан Мухудинов, чтобы возил его по Москве и поручения его выполнял. И здесь я опять же вынужден полностью согласиться с Зауром Дадаевым: действительно, негоже майору кадыровского спецназа ходить пешком по грешной московской земле и тем более спускаться в метро! Как такая блажь могла вообще кому-то в голову прийти? Вот Борис Немцов (бывший губернатор крупнейшего региона России, член Совета Федерации, первый Вице-премьер страны, затем вице-спикер Госдумы, руководитель фракции, лидер оппозиции, а на момент гибели — действующий депутат Ярославской областной Думы) — тот очень любил ходить пешком (причем не только по Москве — но и по Ярославлю, где был депутатом, по Сочи, где баллотировался в мэры, по другим городам). И постоянно в Москве ездил в метро — что позволяло ему избегать пробок. Его и убили во время пешей прогулки…

А вот целому майору кадыровского спецназа Руслану Геремееву спускаться в московское метро и ходить пешком по московской земле никак нельзя — не барское это дело!! И кстати: а за сколько десятков лет составляет совокупное жалование майора Руслана Геремеева, эквивалентное только одной из его покупок — вышеуказанной квартире на Веерной за 19 000 000 рублей? Ясно, что живет он не жалование военнослужащего.

Итак, Руслан Абдулсаидович Геремеев — командир батальона 141 дислоцированного в Чечне полка Внутренних войск (ныне — Росгвардии) им. Ахмата Кадырова (бывший — батальон «Север»). Его командировочное удостоверение (также, как и Заура Дадаева) было найдено и изъято как раз на ул. Веерной, 46.
Именно Руслан Геремеев был непосредственным и прямым начальником заместителя командира батальона подсудимого Заура Дадаева. Заур Дадаев в интересующий нас период жил в его квартирах на Веерной улице (соответственно — купленной и снятой), водил его (Геремеева) «Мерседес ML» — что характерно, с госномером 007!! Прямо кадыровский Джеймс Бонд на спецоперации в Москве (видимо, так они себе представляют ситуацию)!

Как совершенно справедливо отметила в своих показаниях свидетель Зарина Исоева:
«Старшим у пацанов был именно Руслан Геремеев. Он был бесспорным лидером, все его боялись».

Данное утверждение полностью подкрепляется уже приведенными выше доказательствами. При этом одно из излюбленных мест дислокации Руслана Геремеева в Москве — печально известный тусовками кадыровцев «Президент-отель», где он занимал номера, снятые на имя его родного дяди — сенатора (члена Совета Федерации) Сулеймана Геремеева, электронные карточки от которых также были изъяты на Веерной, 46.

А кто же на момент убийства Бориса Немцова был командиром у самого Руслана Геремеева?
Вы знаете этого человека, уважаемые присяжные! Это близкий родственник Руслана Геремсева — по национальным меркам. Это тот самый полковник Алибек Султанович Делимханов, допрошенный в суде в качестве свидетеля, который является слушателем Академии Генерального штаба — самого элитного и высокопрофессионального высшего военного учебного заведения, учеба в котором требует максимального напряжения интеллектуальных усилий, памяти и внимания. И надо же такому случиться, что как раз слушатель Академии Генштаба Алибек Делимханов страдает тяжелейшей формой амнезии — он не помнит вообще ничего из того, что происходило в его полку пару лет назад! Удивительно — как он в Академии учится?!

Он не смог никак пояснить, в частности, обстоятельство появления в квартире на Веерной улице командировочных удостоверений и даже не смог опознать или опровергнуть подпись.
Но кое-что Алибек Делимханов все-таки вспомнил. Он вспомнил и твердо подтвердил, что именно бойцы его полка участвовали в попытке задержания в Грозном 7 марта 2015 года Беслана Шаванова — еще одного обвиняемого по данному делу, уголовное преследование в отношении которого было прекращено в связи с его гибелью. Кстати, обратите внимание: задержания подозреваемых по данному делу прошли с нормальным результатом (все живы и, в целом, здоровы) в трех субъектах России: Заура Дадаева, Анзора Губашева и Шадида Губашева задержали в Ингушетии, Темирлана Эскерханова — в Москве (на Веерной, 46), а Хамзата Бахаева в Московской области в Одинцовском районе.
И только единственный подозреваемый, которого пытались задержать именно в Чечне — погиб при задержании. Причем в задержании участвовал как раз тот самый полк под командованием Алибека Делимханова, военнослужащими которого являлись Руслан Геремеев и Заур Дадаев.
Я и здесь в очередной раз вынужден согласиться с Зауром Дадаевым: я тоже уверен, что Беслана Шаванова убили при задержании, просто не было задачи взять его живым. Зачем тем, кто стоит за этим преступлением, нужны живые ключевые свидетели по делу — и именно с территории Чеченской республики??

А кто такой Беслан Мовсарович Шаванов? Эго друг подсудимого Заура Дадаева и его соучастник по спецоперациям в горах, тоже высокопрофессиональный боец и стрелок (что подтверждается и показаниями самого Заура Дадаева). И на его (Шаванова) стрельбу — используя меткое выражение Шахрудина Аминовича Дадаева (брата подсудимого Заура Дадаева) — тоже, очевидно, никто не жаловался. Видимо, уже некому жаловаться… Только служил Беслан Шаванов не в полку Росгвардии имени Ахмата Кадырова (бывший — «Север»), а в полку полиции ФФГКУ «УВО МВД по ЧР» по охране объектов нефтегазового комплекса Чеченской Республики. Причем служил под командованием еще одного из влиятельного клана братьев Делимхановых —
Шарипа Султановича (как нам и подтвердил в ходе допроса забывчивый Алибек Делимханов).
И наконец, нельзя не вспомнить старшего из братьев Дслимхановых — Адама Султановича, депутата Госдумы, фактически второю человека в Чечне и потенциального преемника Рамзана Кадырова (Руслан Геремеев — тоже близок к Адаму Дслимханову и, соответственно, его родственник). Очевидно при этом, что никакие серьезные шаги в Москве на федеральном уровне Адам Делимханов не делает без согласования или прямого указания «верного путинского пехотинца» Рамзана Кадырова. Возможно, цепочка тянется и выше — но с этим надо разбираться на основании добытых данных после следственных действий в отношении вышеуказанных лиц.
Ну что ж: цепочка получилась совсем недлинная и вполне посильная криминалистически для следствия. Вот только следствие не захотело с этим разбираться — а вернее сказать, сознательно устранилось от реальной работы в направлении организаторов и заказчиков. В частности, губернатор Ярославской области (на момент убийства Бориса Немцова) Сергей Ястребов был практически незамедлительно допрошен следствием — причем даже без ходатайства потерпевших. А допроса и проведения следственных действий в отношении главы Чечни Рамзана Кадырова и его ближайшего окружения по данному делу не удалось добиться до сих пор. Следствие страдает особой застенчивостью в отношении этого деятеля.
Более того, даже майора Руслан Геремеева следствие не решилось лишний раз побеспокоить.

Еще по нашему ходатайству потерпевших от 22 апреля 2015 г. тогдашний руководитель следственной группы генерал Игорь Краснов (ныне — заместитель председателя Следственного комитета РФ) принял решение допросить его — для начала в качестве свидетеля. Впрочем, полагаю, что и без нашего ходатайства у следствия не могло не возникнуть вопросов к Руслану Геремееву.

И как реализовано это решение о допросе? В материалах дела есть соответствующие документы, которые поначалу можно воспринять как не очень удачную шутку, но допрошенный в ходе настоящего суда следователь Александр Камашев в присутствии присяжных это подтвердил. Цитирую следователя:

«Я сам участвовал в попытке установить его местонахождение: мы приехали в его родное село и постучали в дверь. Ну, дверь никто не открыл — мы и уехали…».

Это что такое?? Над кем в данном случае издевается следствие: само над собой — или над обществом, которое вынуждено выслушивать такое объяснение? Неужели мы не помним, как российских оппозиционеров даже на разбирательство по административному делу (грозящее всего лишь штрафом либо максимум 15-тью сутками административного ареста) доставляют, вскрыв «болгаркой» дверь и отконвоировав на самолете. Зато лиц, с очевидностью причастных к самому громкому убийству нашего времени рядом с Кремлем, боятся потревожить излишне громким стуком в дверь!
К сожалению, и данный суд также отказал в ходатайстве о принудительном приводе данного свидетеля…
Что касается непосредственно подсудимых по данному делу.

Сторона обвинения достаточно подробно изложила имеющуюся доказательственную базу, вследствие чего мне нет необходимости детально останавливаться на каждом пункте. Также в своем выступлении ряд доводов уже изложила моя уважаемая коллега — адвокат Ольга Михайлова. Но некоторые соображения все же считаю необходимым высказать.

Начну с приятного для подсудимых: считаю необходимым отметить, что следствию не удалось собрать достаточную доказательственную базу для привлечения к уголовной ответственности подсудимого Хамзата Бакаева — по ст. 105 Уголовного кодекса РФ. Не прибавилось соответствующих доказательств и в ходе судебного следствия. Возможно, он действительно был в курсе готовящегося преступления, может быть, даже принимал участие в неких действиях, направленных на его подготовку и сокрытие — но достаточных доказательств этому не представлено.
Прошу присяжных учесть эту нашу позицию при вынесении соответствующего вердикта. Напоминаю при этом, что присяжные будут выносить вердикт отдельно по каждому из подсудимых.

Вышеизложенное — об отсутствии доказательств — никак нельзя отнести к подсудимым Зауру Дадаеву, Анзору Губашеву и обвиняемому Беслану Шаванову (последний, напомню, погиб в Чечне при задержании). В данном случае я говорю только лишь о тех доказательствах, достоверность которых у меня самого не вызывает сомнений, либо которые могут быть проверены в совокупности и сравнении с иными доказательствами.
При этом подчеркну сразу: постараюсь быть максимально лояльным к доводам подсудимых и их защиты, по возможности принимать на веру их выводы — но не всегда это удается.

И здесь прежде всего необходимо начать с видеозаписей камер вокруг ГУМа (включая вход в ГУМ и каток напротив кафе, где сидели Немцов и Дурицкая), из Трубниковского переулка рядом с Новым Арбатом (где была брошена автомашина ЗАЗ Сенс, использовавшаяся для совершения преступления) и из аэропорта Внуково, откуда в экстренном порядке буквально на следующий день (28 февраля 2015 г.) вылетали в Чечню Анзор Губашсв и Беслан Шаванов. На всех вышеуказанных видеозаписях с очевидностью отразились Губашсв и Шаванов, причем они расхаживали вокруг ГУМа и пытались в него пройти именно в то время, когда там находились Борис Немцов с Анной Дурицкой вечером 27 февраля; бросили автомобиль в Трубниковском переулке они сразу после
совершения убийства на Большом Москворецком мосту (как раз с учетом небольшого временного промежутка, необходимого для того, чтобы по ночным дорогам проехать до Трубниковского переулка); а улетают в Чечню они одним из первых же возможных рейсов после совершения преступления.

При этом никаких объяснений своему появлению в вышеуказанных местах вместе с Бесланом Шавановым (с учетом хронологии и последовательности событий, непосредственно связанных с убийством и сопутствовавших ему) Анзор Губашев не даст.
Согласно имеющимся в материалах дела и исследованных с участием присяжных доказательствам, автомобиль ЗАЗ Сенс (госномер Т649КЕ190) многократно был зафиксирован у дома, где проживал Борис Немцов (Малая Ордынка, д. 3): 17.11.2014. 12.12.2014. 27.01.2015. 30.01.2015, 03.02.2015, 11.02.2015.

Накануне убийства, 26 февраля 2015 г., зафиксирован проезд данного автомобиля ЗАЗ Сенс по Кутузовскому проспекту в 11.37— сразу за автомобилем «Рейндж Ровер» Бориса Немцова. А непосредственно за два часа до убийства данный автомобиль ЗАЗ Сенс также следует за автомобилем Бориса Немцова и поворачивает на Большой Москворецкий мост с интервалом в 6 секунд.
При этом проведенная экспертиза обнаружила в данном автомобиле ЗАЗ Сенс биологические следы Анзора Губашева, Заура Дадаева, Беслана Шаванова и Шадида Губашсва. Более того, биологические следы Анзора Губашева обнаружены и на пластиковой бутылке из-под киселя, найденной в автомобиле. Это полностью соответствует его показаниям от 30 марта 2015 года, где он утверждает, что во время ожидания Бориса Немцова 27 февраля 2015 г. заходил «в стоящий на углу рядом с его домом ларек» (действительно, данный ларек находился рядом с оградой церкви св. Климента), где и приобрел кисель.

Обстоятельства наличия в автомобиле, из которого постоянно на протяжении определенного периода времени, непосредственно предшествующего убийству, следили за перемещениями Бориса Немцова (а потом и совершили убийство с использованием этого же автомобиля), биологических материалов подсудимых также не находят с их стороны никакого объяснения, кроме необоснованных сомнений в достоверности экспертизы.
Про являющиеся доказательствами данные биллинга телефонов подсудимых я не буду сейчас подробно говорить, поскольку этому вопросу исчерпывающее внимание уже уделила сторона обвинения.
Самым спорным вопросом являются признательные показания подсудимых Заура Дадаева (от 07 марта и 08 марта 2015 г.) и Анзора Губашва от18 марта и 30 марта 2015 г. Впоследствии они отказались от своих вышеуказанных показаний: Заур Дадаев — 26 июня 2015 г., а Анзор Губашев — 17 сентября 2015 г.
Полагаю очевидным, что признательные показания в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 Уголовного кодекса РФ, сами по себе не могут в отрыве от иных доказательств служить единственным доказательством совершения подсудимыми данного особо тяжкого преступления — причем даже и в тех случаях, когда подсудимые от данных ими признательных показаний не отказываются.

Но и просто так отмахнуться от данных признательных показаний, сославшись на последующий отказ от них, тоже нельзя. И первоначальные признательные показания, и последующие показания с отказом от них по уголовно- процессуальному закону являются допустимыми доказательствами — и оценивать их сравнительную достоверность следует в совокупности с другими доказательствами.
На мой взгляд, необходимо также проанализировать всю ситуацию, связанную с первоначальной дачей признательных показаний подсудимыми, потом — отказом от них.

Требования уголовно-процессуального закона и имеющиеся запреты, связанные с процессуальными особенностями рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей, не позволяют мне подробно останавливаться на причинах, которые Заур Дадаев в отсутствие присяжных привел в обоснование отказа от своих признательных показаний. Напомню только, что он их давал соответственно 07 и 08 марта 2015 г. — непосредственно после задержания.
Но вот Анзор Губашев давал свои подробные признательные показания уже спустя существенное время после задержания, находясь при этом не где-либо, а уже в СИЗО 2 «Лефортово» — а именно 18 марта и 30 марта 2015 года. А отказался от данных признательных показаний лишь 17 сентября 2015 г. (находясь там же), заявив о своей полной непричастности к совершению данного преступления, о котором якобы ничего не знал.
При этом показания Анзора Губашева большей частью соответствуют показаниям Заура Дадаева от 07 марта и 08 марта 2015 г., хотя и не полностью идентичны.
Далее, необходимо особо отметить, что уже 14 января 2016 г. — то есть спустя почти год после задержания и незадолго до окончания стадии предварительного расследования — Анзор Губашев с участием своего нынешнего адвоката и земляка уважаемого защитника Мусы Хадисова даёт новые показания, в которых все-таки признает то обстоятельство, что он находился за рулем автомобиля ЗАЗ Сенс на месте убийства на Большом Москворецком мосту в момент совершения преступления вечером 27 февраля 2015 г. Но теперь он уже утверждает, что не знал о подготовке убийства, а непосредственно стрелком был Беслан Шаванов (позднее погибший в Чечне при задержании).

Прошу присяжных внимательно проанализировать и учесть совокупность данных обстоятельств и хронологию при сравнительной оценке различных по по своему содержанию показаний подсудимых.

Вообще говоря, сравнительное распределение ролей в данном преступлении между Зауром Дадаевым и Бесланом Шавановым мне кажется не исчерпывающе расследованным. В то же время, мне представляется вполне подтвержденным имеющимися в деле и исследованными в суде с участием присяжных доказательствами, что именно Заур Дадаев пригласил своего друга и соратника по спецоперациям в горах, такого же тренированного бойца Беслана Шаванова принять участие в данном преступлении.

Именно Заур Дадаев пригласил Беслана Шаванова прилететь в Москву 26 февраля 2015 г., послал за ним автомобиль с Шадидом Губашевым, отдал Шадиду Губашеву деньги, которыми тот расплатился в аэропорту с авиакомпанией за полет Беслана Шаванова из Грозного в Москву, а позднее Заур Дадаев активно общался с Бесланом Шавановым уже при встрече в Москве в квартире на Веерной улице — хотя и утверждает теперь, что не знает, зачем именно Беслан Шаванов прилетал в Москву именно на эти два дня (26-28 февраля 2015 г.).

Забавным здесь представляется не только желание «перевести стрелки» на погибшего Беслана Шаванова (не до конца, впрочем, реализованное — ведь теперь Заур Дадаев утверждает, что вообще не имеет никакого отношения к преступлению), но и вполне ожидаемое стороной представителей потерпевшей желание переключить внимание опять же на «проклятую киевскую хунту». Ну конечно: если что-то у нас происходит — то виновата именно она! Кто же еще?? Напомню, что в своих показаниях, данных в суде перед присяжными, Заур Дадаев как бы мимоходом, но при этом вполне явно намекал на то обстоятельство, что Беслан Шаванов якобы в 2014 году побывал на территории Украины и даже имел там некие неконкретизированные проблемы с СБУ. И вот после этого, дескать, без денег, но с проблемами прибыл в Москву.

Однако, сторона защиты самого Заура Дадаева пригласила выступить свидетелем медика Магомеда Абубакаровича Ахмадова (напомню, что он давал свидетельские показания перед присяжными 25 мая 2017 г.). Он хорошо знает как Заура Дадаева, с которым вместе служил в батальоне, так и Беслана Шаванова, который вообще являлся его земляком из одного селения. Свидетель Ахмадов подтвердил соответствующий разговор с Бесланом Шавановым, но указал, что тот прибыл то ли из Севастополя, то ли из Симферополя то есть с тех территорий Крыма, которые уже в 2014 г. оказались полностью подконтрольны российским спецслужбам. Кстати, этот же свидетель подтвердил и явную «кифозную осанку» (сколиоз) у Беслана Шаванова — а именно это явилось одним из характерных идентифицирующих признаков при проведении экспертизы по видеозаписям с видеокамер у ГУМа, из Трубниковского переулка и из аэропорта Внуково, куда уже на следующий день после убийства, 28 февраля 2015 г., отвез Анзора Губашева и Беслана Шаванова водитель майора Геремеева Руслан Мухудинов (после чего они немедленно улетели в Грозный).

Кстати, о буквально паническом, молниеносном бегстве практически всех фигурантов дела из Москвы сразу после убийства Бориса Немцова: 28 февраля 2015 г. в Грозный улетели Беслан Шаванов и Анзор Губашсв, 01 марта — Заур Дадаев и Руслан Геремеев (в обоих случаях их отвез в аэропорт Руслан Мухудинов). Вскоре туда отбыли и сам Руслан Мухудинов и Шадид Губашев (последний — на автомобиле). Обращаю особое внимание, что данное экстренное отбытие из Москвы никак не связано, например, с праздниками (которые начинались лишь неделю спустя) и так и не получило никакого внятного объяснения со стороны подсудимых.

Уважаемая мама братьев Губашевых, Зулай Ахиятовна Губашева, будучи допрошена 15 декабря 2016 г. судом в качестве свидетеля, заявила, что её сыновья приехали в Малгобек «повидать бабушку». Ну, допустим… Я даже готов допустить, что у братьев Губашевых и их кузена Заура Дадаева может быть одна бабушка, которую они неожиданно приехали «повидать». Но у Беслана Шаванова, Руслана Мухудинова и тем более у Руслана Г’еремеева — бабушки явно другие.
Таким образом, данное объяснение экстренного одновременного бегства из Москвы группы лиц (часть из которых — боевые офицеры) после совершенного убийства свиданием с бабушкой явно не является убедительным. В данном случае эти действия выглядят не как отъезд, а именно как бегство — подальше от места преступления.

Хочу также обратить внимание: 31 мая 2017 г. дал показания свидетель Шахрудин Аминович Дадаев (старший брат подсудимого Заура Дадаева). В своих показаниях свидетель заявил, что Заур Дадаев якобы хотел расстаться со своей службой и поехать в Москву учиться, а также жениться. Но при этом Заур Дадаев периодически занимал у него 5-10 тысяч рублей (всегда потом возвращал). Следовательно, из совокупности данных показаний следует, что Заур Дадаев действительно ожидал поступления ему крупной суммы денег — иначе не собирался бы в Москву и не увольнялся бы со службы.

Еще один важный момент: видеофайл из мобильного телефона подсудимого Темирлана Эскерханова — с нецензурным высказыванием Бориса Немцова в адрес Путина (видеозапись от апреля 2014 г.). Лично я убежден в большой роли в случившемся данной видеозаписи — и уверен, что со временем мы еще получим соответствующие подтверждения. Но пока следует обратить внимание на сам факт наличия этого видеофайла в мобильнике у одного из подсудимых. Ведь подсудимые все наперебой уверяют, что политикой не интересуются и про Немцова едва слышали. При этом подсудимый Эскерханов обращает внимание на то, что данный файл маркирован в самом телефоне 05 марта 2015 г. — то есть уже после случившегося убийства Бориса Немцова.
Хотелось бы отметить, что данное объяснение Эскерханова является неубедительным. Допустим, что — исходя из принципа максимальной лояльности к показаниям подсудимых — данная видеозапись появилась в мобильном телефоне подсудимого действительно уже лишь после убийства Немцова. А зачем, с какой целью не интересующемуся политикой человеку прислали эту достаточно редкую на тот момент видеозапись? Вряд ли с целью популярно объяснить — чем известен Борис Немцов как политик. В таком случае прислали бы некий иной видеофайл: например, о том, как он был губернатором Нижегородской области, или о том, как некоторое время считался преемником Бориса Ельцина; в конце концов — именно о том. как он еще в 1996 г. по своей инициативе собрал 1 000 000 подписей против войны в Чечне и представил их Президенту Борису Ельцину, после чего та война действительно скоро была прекращена (хотя сейчас об этом Кадыров и Ко стараются не вспоминать).

Но то, что прислали именно данную видеозапись с нецензурным высказыванием Немцова в адрес Путина может означать, на мой взгляд, только одно: Эскерханову прислали объяснение мотива (или повода) совершения данного преступления. И прислал тот же самый Руслан Геремеев или по его поручению кто-то из сообщников — например, Руслан Мухутдинов.

Завершая свое выступление в прениях, хочу отметить: нам — как представителям потерпевшей Жанны Немцовой — больше всего хотелось бы, чтобы на этом месте за решеткой сидели в первую очередь организаторы и заказчики данного чудовищного убийства. Предполагаемый список мы привели выше. И мы верим, что когда-нибудь они там будут!


Тезисы к прениям адвоката Вадима Прохорова — представителя потерпевшей Жанны Немцовой
PDF-файл
ссылка

скачать

Добавить комментарий