Борис Немцов: «…Страна устала, мы многое потеряли»

27.09.2018
Программное интервью Бориса Немцова, 2 июля 2002 года

Nemtsov.old • Архив • Пресс-центр • Интервью
Тех, кто этого не поймет, ждет могила
02.07.2002

Назвавший десять дней назад даты парламентских и президентских выборов ЦИК «опоздал» к началу предвыборных акций. Политологи уже определили партийную жизнь как ранний старт предвыборной борьбы – некоторые, впрочем, как фальстарт. Центристы тренируются еще с ранней весны. Коммунисты обсудили праймериз. А «Союз правых сил» (СПС) начинает объединять правых – под идею единого кандидата на президентских выборах.
Подробности редактору отдела политики «ГАЗЕТЫ» Юлии Ульяновой рассказал лидер СПС Борис Немцов.

Фотографии — Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

 

«Чрезвычайное политическое положение»

– Итак, не слишком ли рано началась предвыборная кампания?

– Нет. Атмосфера выборов 99-го года покажется доброй дедушкиной сказкой по сравнению с тем, что будет в 2003 году и уж тем более в 2004-м. Будет включен по полной программе весь административный ресурс для поддержки партии власти на выборах. Будут задействованы все спецслужбы России, будет такая мобилизация объявлена… Будут даны прямые, жесткие, недвусмысленные указания государственным и полугосударственным телеканалам, а также газетам. Страна будет находиться в режиме чрезвычайного политического положения.

– Не слишком ли страшную картину вы рисуете?

– Она уже подкрепляется очень многими примерами региональных выборов. Допустим, выборы в Ингушетии. Они именно по этому сценарию и проходили. Все ресурсы были задействованы – от первого начальника до мелкого постового милиционера, от Константина Эрнста до руководителя сельской телекомпании. Так что к 2004 году у самостоятельных партий, какой является СПС, возможность донести свою точку зрения до избирателей будет резко ограничена. В этой связи действующие партийные структуры в стране тоже должны быть мобилизованы. Сама подготовка к выборам должна занимать больше времени. Например, если в 99-м году было очевидно, что ведущие российские политики могут высказывать свою позицию на ОРТ, РТР, НТВ и так далее, то сейчас совершенно ясно, что эту позицию они могут высказывать только на НТВ и, может быть, на ТВС. А в отношении первого и второго каналов очевидно обратное – свою позицию они высказывать не могут.

– У вас некое общее впечатление или есть конкретные примеры?

– Пример – альтернативная гражданская служба. Самый реакционный закон, принятый Госдумой за все время ее существования. Закон, вводящий в России трудовую армию. Закон, который ставит крест на конституционном праве граждан на альтернативную службу, который приведет к деградации Вооруженных сил: теперь генералы Генштаба вообще ничего не будут делать для перевода армии на профессиональную основу. Закон, который унизил сотни людей, которые сейчас проходят альтернативную службу, которые теперь не будут до конца своих дней верить во власть.

Так вот, для интереса – посмотрите, каким был комментарий на государственном канале в связи с его принятием. Павел Крашенинников — член Политсовета СПС, председатель комитета ГД по законодательству, который категорически был против этого закона, – комментирует его со знаком плюс! Это манипуляция! Потому что взят текст Крашенинникова недельной давности, еще в том варианте, когда он был приемлемым, нормальным и вполне отвечающим интересам граждан страны. Голос тех, кто защищает права граждан, просто глушится – как в советские годы.
Или возьмите ситуацию в армии и демонстрации, которые провела наша партия. В армии катастрофическое положение. О критическом положении говорит начальник Генштаба Квашнин. СПС предлагает детально просчитанную программу перехода к профессиональной армии. Десятки тысяч сторонников СПС выходят на улицу, требуя прекратить это издевательство над людьми: дедовщину, коррупцию в военкоматах, чтобы действительно обеспечить нормальное финансирование денежного довольствия военных, сократить срок службы. Предлагается четкая реформа по переходу на профессиональную армию: сначала шесть месяцев учебки (это еще не армия), а те, кто хочет служить дальше, уже идут в профессиональную армию. Указание Кремля: запрет на демонстрацию всех этих «безобразий», которые устроил СПС, и полная цензура на гостелеканалах, когда речь идет о выступлениях лидеров СПС по этому вопросу. Скажите: в данной ситуации как должна себя вести партия, которая имеет миллионы сторонников? Она должна готовиться к выборам тщательно и заранее.

О партстроительстве и бюрократическом капитализме

– Ну и что же даст запас времени при таком положении вещей?

– Первое – укрепление региональной составляющей партии. Демократические партии с долгой историей по-настоящему существуют только в пределах Москвы. Если они останутся партиями верхушечного типа, то стоит только нажать на соответствующие кнопки, перекрыть информационные каналы, запретить – и не будет партии.
В России одна партия – ее название «Коммунистическая». Они убили миллионы людей, чтобы создать свою партию. Естественно, такими методами мы пользоваться не можем. Но мы должны искать людей, которые будут идти во власть, заинтересовывать людей, чтобы они шли на парламентские выборы, могли делать свою политическую карьеру.

– Чем вы будете заинтересовывать людей? У вас маленький рейтинг. Многие пойдут голосовать за Путина…
– Кто вам сказал, что все пойдут голосовать, как им скажут? Миллионы людей не хотят голосовать за бюрократический капитализм.

– Давайте все же о партстроительстве. С этим у вас все в порядке?

– Нет, не все. Я не доволен тем, как у нас идет региональное строительство. Если бы мы все были такими успокоенными, то вряд ли два дня в закрытом режиме обсуждали эту тему на совете партии. Предложение, принятое сейчас советом партии (о внутрипартийной конкуренции на выборах 2003 года. – «ГАЗЕТА»), как раз и призвано организовать партийные массы. Кстати, почему региональные организации демократических партий слабые?
Да потому что на федеральном уровне есть федеральные политики, которые занимают вполне ясную позицию – Гайдар, Хакамада, Чубайс, Немцов. И поражение партии для них – это их личное поражение. На региональном уровне такой неудачи, в общем-то, нет. Поэтому и стимула для рядового члена партии тоже нет. Наше ноу-хау, достижение СПС, состоит в том, что нам удалось соединить личные интересы каждого с интересами партии. Добиваясь личного результата, каждый помогает партии обрести успех.

– Ноу-хау это внутрипартийное соревнование станет, если сработает в 2003 году. А пока это идея, пробирка.

– Абсолютно практическое решение, которое будет реализовано. Почему Америка процветает? Потому что у каждого есть шанс. Ты можешь родиться в Южном Бронксе, а потом оказаться на Пятой авеню. Надо каждому дать шанс. И вот СПС – это партия, которая каждому может дать шанс. Раньше у нас, как в любой партии, была в основном дедовщина: заслуги перед демократическим движением, сколько лет был членом партии (слава богу, нам всего год), что сделал, что не сделал… Сейчас мы дали возможность прийти новым людям. Мы говорим: «Друзья, идут парламентские выборы 2003 года. Вы возглавляете организацию, например, Марийской республики (слабая организация) или Чувашской (тоже слабая). Если вы добьетесь того, что СПС у вас в регионе получит нормальный результат – за нас проголосуют 100 тысяч человек, – то вы гарантированно будете депутатом Госдумы. И не важно, что до этого не были членом фракции, не имели большого партийного стажа. У вас есть шанс. Скажите: какая еще партия может такое предложить?

 

«Нога затекла, страна устала, мы многое потеряли»

 

– А может быть, тогда кандидат в депутаты скажет себе: а ну его, это ноу-хау, пойду туда, где все попроще? Чего в самом деле очки считать, если их можно не считать?

– Хороший вопрос… Да, только на политической сцене страны очень мало партий. Это вам не бизнес. Бизнесов много, а мест в Думе ограниченное количество – всего-то 225 (я не говорю об одномандатных округах). И конкуренция бешеная. «Они нас заставляют работать в СПС, поэтому мы пойдем в ЛДПР или «Единство»?…
Во-первых, если люди так считают – пусть идут. У нас идеологическая партия. Если им все равно – только бы в Думу пробраться, то это не к нам. Это в партию власти, это к Владимиру Вольфовичу. Но я не думаю, что их там ждут. Желающих пойти туда – не меньше, чем к нам. Держать не будем. Хотят уйти – пусть уходят. А мы будем строить свою партию, потому что я уверен: если в стране не будет сильной демократической партии, то в ней ничего не будет. У нас страна, перекособоченная на левую сторону. Россия стояла на левой ноге лет этак восемьдесят. Нога затекла, страна устала, мы многое потеряли. Сейчас нужно правую ногу укрепить, чтобы она была не слабее левой.

– А можно, если уж совсем на метафоры перейти, и на пятую точку надежно опереться.
– Должна быть партия, которая отражает интересы среднего класса, нового поколения: образованных, самодостаточных, молодых, самостоятельных, не ноющих, уверенных в себе. Это — СПС.

– У нас таких мало. – Электорат у вас маленький и еще долго будет таким.
– Первое: 12 миллионов людей заняты в сфере малого и среднего бизнеса. Это наши избиратели. Второе: в стране около 2 миллионов учителей, которые по уровню жизни, к сожалению, бедные, и это наша боль, но в силу своей образованности и понимания жизни они к нам гораздо ближе, чем к кому бы то ни было. И это наши избиратели. Третье: новое поколение управленцев, менеджеров и так далее, которых в России уже миллионы. И они тоже наши. Демократически мыслящие люди всех возрастов. Наши.

Да, я согласен с вами, что в стране, в которой каждый третий (то есть 40-50 миллионов человек) живет ниже черты бедности, добиться всенародной поддержки демократической партии очень трудно. Но тем не менее сидеть и ничего не делать не в наших правилах. Если следовать вашей логике, то до тех пор, пока у нас уровень доверия не вырастет до коммунистического, делать ничего не надо. Если так себя вести, то ситуация не изменится.

Сейчас делается попытка создать двухпартийную модель: есть партия власти, и есть коммунисты. Убогий выбор! Это не выбор России, это выбор российской бюрократии. Потому что она знает: она победит коммунистов (она всегда их побеждала), потому что у российских коммунистов лидер всего лишь Геннадий Зюганов, а не Че Гевара. Кремль абсолютно устраивает иметь ручного спарринг-партнера, который в любой момент, если надо, сойдет с дистанции либо впрямую, либо косвенно. Выбор, который предлагаем мы и который поддерживает новое поколение, – это выбор не между вчерашним и сегодняшним, ужасным и плохим, а это выбор между настоящим и будущим. Пусть «вчерашние» будут – никуда от них не деться. Пусть будет бюрократия – тоже никуда не деться. Но пусть еще будет и третий выбор – демократическое будущее России. Этот выбор мы и предлагаем.

 

Важный сигнал обществу

 

– Поэтому СПС предлагает выдвинуть единого кандидата от демократов?

– Если появится единый кандидат, то это станет важным сигналом обществу, что наконец эти демократы смогли объединиться. У единого кандидата будет ясная и понятная задача-минимум: занять 2-е или 3-е место. И тогда главе государства с этим кандидатом надо будет считаться. А это значит, что президент не сможет сформировать правительство без учета мнения правых.

– Да почему же, собственно, не сформирует? Если это и так, что мешает просто вывести на президентские выборы сильного демократического кандидата, зачем долго и безуспешно договариваться с другими демократическими партиями?

– Если будет справа несколько кандидатов – это ж курам на смех… Это позор, полная дискредитация. Власть скажет: «Не обращайте на них внимания. Будем с коммунистами развлекаться и идти своей бюрократической дорогой к управляемой демократии». И построим Португалию времен Салазара. Или, скорее всего, свое что-нибудь гнусное: с олигархами, с нищетой, с отсутствием среднего класса, с властью спецслужб, с криминальным переделом собственности, с оправданием Быкова, с заочным осуждением Калугина… В общем, «правильную» систему, далекую от нормальной свободной и полноценной жизни.

 

«Я не политический мазохист»

 

– То есть без демократического объединения сильной фигуры на президентские выборы не найти? Например, если вас выставят единым кандидатом от всех демократов – это хорошо. А если только от СПС – это плохо. Разве для кандидата в президенты хорошей программы недостаточно?

– Я не хочу говорить громких слов, но сейчас обсуждается вектор развития страны на перспективу. Что касается меня… Все думают, что у Немцова есть какие-то амбиции. А у меня есть серьезная проблема: я всегда выигрывал выборы. Всегда! Верховный Совет России — 90-й год; 93-й год — Совет Федерации; 95-й год — губернаторские выборы; 99-й год — Госдума.
Мне в довольно зрелом возрасте участвовать в заведомом проигрышном предприятии не очень хочется. У нас есть человек, специально обученный, чья профессия – кандидат в президенты… Это известно. Но я не политический мазохист. Я просто знаю: людям надо дать выбор. Мы должны думать о будущем – о России после Путина. Президент Путин построил управляемую демократию с гостелевидением, с Чечней, с высасыванием бюджетных денег из регионов. Сейчас он превращает Совет Федерации в палату лордов – их отозвать будет нельзя. Управляемая демократия имеет свою внутреннюю логику: нельзя поиграть в нее чуть-чуть, зажать, краник закрутить, а потом взять и открутить назад. Ничего подобного. Будут закручивать дальше. Это нельзя остановить: ведь Россия – страна крайностей.

Так вот, Россия после Путина. Есть всего 2 сценария. Один сценарий: страна скатится к национал-социализму. И тогда сегодняшние скинхеды, хулиганы, фанаты, которые на улице все громят, покажутся нам цветочками. Другой сценарий: после авторитарной тенденции будет строиться демократия – то, что случилось после Салазара в Португалии, после Франко в Испании.
Мы сторонники того сценария, чтобы Россия была демократической. Но если не противостоять тенденции, которая уже сейчас очевидна, я вас уверяю: сценарий будет авторитарный. Потому что коммунисты, как шагреневая кожа, сплющиваются, исчезают, деградируют, вымирают. Лидеры у них никуда уже не годятся – они сами это уже понимают. Но число люмпенизированных людей остается то же самое. За кого они голосуют, за кем они идут? Вся мировая история показывает, что если они голосуют не за коммунистов, то приходят к национал-социализму.

 

«Ручной кремлевский национал-социалист»

 

– Но в мировой истории не было, например, таких электоральных пылесосов, как Партия жизни. А у нас есть.
– Это все управляемая демократия. Создали партию с идиотским названием и считают, что туда пойдут люди. Люди туда не пойдут.

– Может быть, есть способы «отвести» туда людей?
– Не надо людей считать за стадо баранов. После того как Зюганова отодвинули, открылась политическая ниша. На сегодняшний день свою роль в ней пытается сыграть Райков. Это ручной кремлевский национал-социалист, который вбрасывает в общество всякие идеи, типа введения смертной казни, борьбы с гомосексуализмом, ни пяди родной земли никому – этакий популистский набор. Выбрали слабого, не харизматического, не избираемого. И рады. Говорят: «У нас есть национал-социалистическая ниша, надо отдать Райкову». Они его показывают по ОРТ, РТР, везде он выступает, во всем разбирается, со всеми борется – с Чубайсом, с правозащитниками… Смотрим уровень доверия: 0,2-0,5! Ручной! Можно было бы найти другого – более харизматичного, но рискованно – он их сразу же пошлет.

«Если пустить Лукашенко сюда, у нас будет реальный фашизм»

– Но так ведь не бывает – либо харизматический, либо управляемый…

– Совершенно верно. Но рано или поздно, если так все и дальше пойдет, мы придем к тому, что появится такой лидер: подтянутый, четкий, хорошо говорящий, без вредных привычек. Хайдер появился в Австрии, Ле Пен – во Франции. Вы думаете, у нас не появится?
И чтобы этого не допустить, чтобы фашистской чумы в России не было, нужно занять жесткую позицию. Что мы и делаем. Мы просто обязаны ее занять.
При этом мы как люди, побывавшие во власти и знающие ей цену, прекрасно представляющие, как принимаются решения. Мы можем сказать: многие вещи, которые сегодняшняя власть делает, правильные. И отрицать это просто глупо. На прошлой неделе приняли закон об обороте сельхозземель. Мы за это боролись последние пять лет. Отменили единый социальный налог для малого бизнеса. Это была наша задача – она реализована. Поэтому наше предназначение не только в том, чтобы не давать власти скатываться к авторитаризму, но и в том, чтобы власть в экономическом, социальном плане, в плане международной политики двигалась в нужном для России направлении. Сейчас президент сделал заявление про Белоруссию. Слава богу! В противном случае «лукашизм» был бы у нас в России! И он, Лукашенко, эту национал-социалистическую нишу занял бы. Это реальная угроза. Если его пустить сюда, у нас будет фашистский режим, и он будет президентом страны. Слава богу, Кремль дал понять, что Лукашенко здесь не будет.

– А что, с Лукашенко в Кремле только вчера познакомились? Что-то принципиально новое в нем для себя открыли? В чем радость-то?

– Позицию, которую по отношению к Лукашенко заняла сейчас российская власть, я разделяю на 100%. Мы говорили 10 лет: «Лукашенко нас считает за кретинов, смеется над нами». Вы знаете, что он сказал на реплику президента Путина «Мухи отдельно – котлеты отдельно»? Он сказал: «Мухи на котлеты не садятся. Мухи садятся на …».
Вот список людей, исчезнувших в Белоруссии: Юрий Захаренко, бывший министр внутренних дел, был похищен 17 мая 1999 года, Виктор Гончар, заместитель председателя Верховного Совета 15-го созыва, похищен 16 сентября 1999 года… Юрий Завадский, оператор ОРТ – ваш коллега между прочим! Это бандитский режим, и мы с ним объединяемся!
Мы об этом говорили последние 10 лет: что диктатура с демократией не могут объединиться. В этом наша главная роль: чтобы не было глупости и ошибок чтобы власти на них указывать, чтобы не давать ей их совершать.

 

«Власть считается с спецслужбами больше, чем с обществом»

 

– Все же и нынешнюю власть есть за что похвалить? Экономические решения вас вполне устраивают?

– Власть в России достаточно современна, чтобы не идти в советское прошлое. В экономической сфере власть достаточно либеральна и движется, как все более-менее прогрессивное человечество. А в плане своей собственной истории… Власть происходит из спецслужб, из российской силовой бюрократии. И она обязана этой бюрократии, потому что вышла оттуда. И власть с ней считается больше, чем с обществом. Альтернативная гражданская служба – яркий тому пример. Шло обсуждение, все было нормально – говорили о том, что Конституцию надо соблюдать. Потом генералы взбрыкнули: понятно, что следующий шаг – профессиональная армия. А это уже надо работать, засучив рукава, а не выпрашивать для Псковской дивизии 2,5 миллиарда рублей. Надо будет казармы в учебный центр переоборудовать, надо рекрутинговые агентства создавать, надо будет сержантские школы укреплять. Это непростая задача. А генералам толстопузым надо ли это? А то, что солдаты разуты и раздеты, так это ничего не видно – мы же цензуру ввели, по ОРТ все равно ничего не покажут. А если не покажут, значит, этого нет. И когда петух клюнул в одно место, побежали и уговорили президента. А уговорить легко! Потому что классово – та же самая среда.

Или – закон о гражданстве. Приняли спецслужбовский закон – стратегическая ошибка власти. Россия же вымирает: если так дальше пойдет из 145 млн населения в 2050 году 80 млн. человек останется! У нас от Урала до Дальнего Востока 20 млн. жителей. Через 30 лет будет 10 млн. А там, по ту сторону границы, – полтора миллиарда. Или мы забыли, что у нас там нефть, газ, города, стратегические позиции в Азии? В такой ситуации принимают спецслужбовский закон о гражданстве: сначала получи вид на жительство, потом 5 лет жди, а мы еще посмотрим, как ты будешь себя вести, – участковый милиционер доложит. А 25 млн. русских вместо того, чтобы обрести родину, оказались ненужными, пасынками, которых подозревают в том, что они либо наркоманы, либо террористы, либо бездельники, либо проститутки. 25 млн. человек отрезаны этим законом от России.

– Видимо, власть «отрезала» 25 миллионов хлопот….

– Каких хлопот! Я был губернатором почти 6 лет. Если бы не русские беженцы из Средней Азии, у меня бы сельские школы все закрылись. Они сейчас там учителями. Если бы не они – не было построено 2 тысячи километров дорог. Если бы не эмигранты из Украины – в Москве бы был парализован транспорт. Сейчас объявили бы забастовку те, кто приехал с Украины — и все: троллейбусы, трамваи не ходят, метро остановилось, дома не строятся… Вот и все московское процветание накрылось.
Почему Америка стала процветающей? Потому что она со всего мира как пылесосом засасывала талантливых, образованных людей. Нам нужны квалифицированные люди. А этот закон писали те, кто считает, что лучше мы все вымрем, но никого к себе не пустим – психология тупого оперуполномоченного. Мы говорим генералам: в 2005 году в армию некого призывать будет! Демография, на 40% спад, останетесь без армии. Они это знают, записки закрытые пишут: нам конец. А дальше говорят: «Давайте отменять отсрочки у студентов». Сейчас они будут сидеть тихо, а в 2004 году, когда клюнет в одно место, прибегут к президенту и скажут: «Некого призывать – отменяйте отсрочки». Выборы-то президентские уже пройдут. Что же мы должны тихо смотреть на все это и молчать?
Чечня. Президент отвечает на вопросы журналистов и говорит: «Нужно принимать конституцию». Вопрос: кто будет принимать конституцию Чечни, назовите фамилию. Кто будет ее принимать? Парламента Чечни нет, Кадыров не избран народом. Кто имеет право принимать конституцию? Нужно всех посадить за один стол: и тех, кто против режима, и тех, кто за режим. Кроме, конечно, Басаева. Но всех, даже тех, кто сейчас в горах. Нужен политический процесс, нужно конституционное собрание.

 

«Отсутствие горячей воды в домах – это результат построения вертикали власти»

 

– Чечня тема особая. Давайте вернемся к системным ошибкам власти.

– Возьмем мой родной Нижний Новгород. Нижний находится в состоянии коммунальной катастрофы – 120 тысяч человек не имеют холодной воды. Там есть политическая причина – выборы мэра 15 сентября. Людей взяли в заложники, чтобы не голосовали. Новая пиар-технология в Нижнем Новгороде. Но повсеместно в России нет горячей воды. Почему? Вы знаете, что отсутствие горячей воды в домах – это результат построения вертикали власти?

– Нет, не знаю.
– Вертикаль власти – это не только укрепление административной власти: полпреды, спецслужбы назначенные… Нет, это еще и бюджетные деньги. Они забрали в центр деньги. А за горячую воду кому платить? Муниципалитетам, у которых денег с гулькин нос.

– Но раньше-то, когда вертикали не было, воду, кажется, тоже отключали?

– Сегодня масштабы развала коммунального хозяйства ни в какое сравнение с тем, что было раньше, не идут. При президенте Ельцине деньги с регионами делили 50:50; при Путине — 65:35. Деньги отобрали, сказали: «К зиме готовьтесь, тарифы сильно не повышайте». А как не повышать тарифы, если денег нет? Знаете, как в Нижнем воду подают? По графику: с 5 до 7 — первый подъезд, с 7 до 9 — второй подъезд, с 9-11 — третий. И так везде. Ульяновск – катастрофа полная, все развалено, повторение Приморского края. Если мы не будем реагировать на эти вещи, то никто не будет на них реагировать.

 

– Реагировать будете с помощью «единого кандидата». А будет ли он? Ведь никто из демократов еще не поддержал вашего начинания и не известно, поддержат ли?
– Против этой идеи никто публично выступать уже не будет. Конечно, будут попытки все это замотать. Но люди в России не глупые, все понимают.

 

Между демократией и диктатурой

 

– И Явлинский, который отказывается комментировать эту идею – другие члены «Яблока» ее воспринимают скептически, «Либеральная Россия» говорит о вашем личном пиаре?

– Буквально десять дней назад Явлинский публично выступал против этой идеи, впрочем, как и его соратники. Сейчас он понял, что такое поведение равносильно политическому самоубийству и изменил свою позицию. Уже неплохо.
Мы отчетливо понимаем, что договориться с Явлинским будет предельно сложно. Мы помним, как в 1995 году на глазах у миллионов телезрителей Явлинский и Гайдар в программе «Итоги» пожали друг другу руки и договорились о едином списке на выборах в Госдуму. А на следующее утро один из них сказал, что пошутил. Как вы думаете: как его звали?
Мы отчетливо понимаем, что сейчас будут предприниматься отчаянные попытки похоронить идею под предлогом того, что нужно провозить отдельные праймериз среди кандидатов, что результаты парламентских выборов не могут рассматриваться как основание для выбора единого кандидата. Кому это нужно? Явлинскому и тем в Кремле, кому единый кандидат в президенты от демократов – как кость в горле. Путь предстоит долгий и нелегкий. Но мы терпеливые. Мы должны его пройти. И пройдем. В конце концов, речь идет о стратегическом выборе России между демократией и диктатурой. И здесь о личных амбициях надо забыть.
Тех, кто этого не поймет, ждет могила … политическая.

 

– И как она выглядит, эта политическая могила?
– Как? Провал на выборах. И до свидания…

 

– И бабки проклянут?
– В Думу не пройдут, люди проклянут, бизнес не будет поддерживать.

 

– Почему бизнесу так интересна идея единого демократического кандидата?

– Бизнес прагматичен. Он понимает, что без правого противовеса для него существует реальная угроза в лице бюрократии, силовых структур, которые все больше и больше погружают себя в бизнес-проекты, произвола и беззакония. Бизнес понимает, что выиграть у действующей власти очень трудно, но иметь сильную правую демократическую оппозицию очень выгодно для того, чтобы не менялся стратегический вектор развития страны. Бизнес себя защищает. У бизнеса на кону миллиарды долларов. И неужели он будет смотреть на умников, которые скажут: у нас пять кандидатов будет – сделаем для них специальные праймериз.

 

– Из кого будете выбирать единого кандидата? Допустим, Вы и еще кто?
– Существует логика выборов. Я не знаю, кто из нас победит. Для меня ясно одно: буду делать все, чтобы СПС набрало на выборах как можно больше голосов. Это не только моя задача, но – и я в этом уверен – и всех приличных людей России.

02.07.2002
Источник: Nemtsov.old

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.