Борис Немцов – упрямый бычок

27.05.2019
Вспоминая Бориса Немцова

Издание «Улица Московская»
Борис Немцов – упрямый бычок
Автор Владимир Милов
Февраль 2018

«Улица Московская» предлагает вниманию читателей рассказ Владимира Милова, партнера Бориса Немцова по участию в оппозиционном движении, в котором он напоминает, каким человеком был Немцов, за что он боролся, и поясняет, за что Немцов был убит.
21 октября 2017 г. Владимир Милов приезжал в Пензу и провел встречу с волонтерами и сторонниками Алексея Навального в его штабе на Урицкого, 74, где перед встречей и рассказал «УМ» про Немцова.

 

Разрушитель оазисов коммунизма

Я познакомился с Борисом Немцовым в 1997 г., когда его назначили вице-премьером и поручили курировать реформы в энергетическом секторе.
Одновременно с этим президент Ельцин обратился к молодёжи с призывом попробовать себя на государственной службе. Борис Николаевич выступал по радио, поскольку находился уже не в самой хорошей физической форме.
Так в свои 25 лет я пришёл на самую низовую должность в Федеральную энергетическую комиссию и увидел весь ужас, который оставался там ещё с советских времён, и где сконцентрировались самые мерзкие черты советской бюрократии. Чиновники продолжали придерживаться принципа «как бы чего ни вышло». Они просто папочки с бумажками складывали, а дальше процесс не двигался.

 

Борис Немцов на митинге против войны в Чечне. Санкт-Петербург, май 1999 г.
Фото Валентина Мануйлова

 

У каждого начальника в этой комиссии была своя каморочка, в которую никого не пускали и из которой ничего полезного не выходило. Эта бюрократия даже не имела представления о том, что такое работать на результат.
Борис Немцов оказался одним из тех, кто попытался эту систему сломать. Он ставил задачи, которые полностью противоречили логике советских бюрократов. Он требовал создавать конкурентные рынки, добиваться выгоды для потребителей энергоресурсов, высокой эффективности и низких цен.
Именно благодаря Немцову сегодня в России работает доступный рынок сотовой связи.
Потому что в 1997 г. компания МТС попыталась получить все радиочастоты стандарта «900», а Немцов просто взял и волевым решением отдал несколько из них «Вымпелкому» (современному «БиЛайну»).
Он мотивировал свой поступок тем, что нужно создавать конкуренцию. За это его начали тягать в прокуратуру, много лет преследовали в прессе.
Однако вот уже 20 лет цены на рынке сотовой связи снижаются, а качество услуг операторов растёт.
Если бы тогда все частоты отдали в руки одной компании, мы бы до сих пор жили по правилам очередной монополии, где сотовая связь стоит бешеных денег и ничего не слышно.
Такой была логика бюрократов, которые активно сращивались с конкретными бизнесами и их капиталами. У этих чиновников всегда присутствовал интерес строить какие-то монополии, создавать для себя закрытый оазис коммунизма и никого туда не пускать. Это делалось исключительно для того, чтобы раздавать ресурсы своим друзьям и родственникам. А Немцов эту логику активно ломал.

 

Наплевать на статус и пойти по подъездам

В 1998 г. он ушёл в Государственную Думу. Мы продолжали поддерживать отношения, но общались нечасто.
А в 2007 г. я сильно обругал в эфире «Эха Москвы» его партию «Союз правых сил», которая с треском проиграла выборы.
После этого звонит Немцов: «Давай встретимся».
Мы поговорили. Уже тогда у него зрела идея перезапустить демократическое движение в России. Он говорил, что надо «идти в народ» и рассказывать правду, потому что люди не в курсе происходящего.
Тогда Немцов и предложил мне написать доклад «Путин. Итоги». Эти слова прозвучали в конце 2007 г., когда все просто боготворили Путина, экономика росла, и всё было классно.
А Немцов в это время обращал внимание на другую сторону: что уровень коррупции вырос, неравенство среди граждан выросло, чиновники всё подминают под себя, дороги плохие, медицина плохая и т. д.
Он выразил готовность распространить такой доклад массовым тиражом. И в дальнейшем это имело большое просветительское значение.

 

Борис Немцов выступает перед преподавателями и студентами в Пензенском государственном университете.
11 июня 1999 г. Фото Олега Санталова

 

Для тех же волонтёров, что приходят сегодня в штабы Навального, это является учебным пособием, которое открывает глаза на происходящее в стране.
В 2007 г. Борис Немцов начал менять свой статус. Он на моих глазах переходил из одного качества в другое, и ему тяжело давалась такая трансформация.
В своё время он рано вошёл во власть, занимал должность первого вице-премьера и фактически являлся полуофициальным преемником Ельцина. Он был знаком со всеми мировыми лидерами, возглавлял самую богатую фракцию в Государственной Думе (если считать по размеру капиталов, которыми владели её члены).
А всё закончилось тем, что он в обычной куртке ходил по подъездам, от двери к двери, и раздавал эти доклады. Для него это было очень сильное изменение статуса и образа жизни.
Не нужно забывать, что к тому времени у Немцова был большой антирейтинг в народе. Иногда ему нелегко давались такие встречи и разговоры. Психологически это ужасно – когда ты видишь, что люди по-разному к тебе относятся. Но он не боялся этого делать.
Я мало таких знаю… Ведь очень многие люди, которых мы 20 лет назад считали борцами и идеалами, сейчас трясутся за свои кресла, контракты и статус.
А Немцов наплевал на это всё и пошёл в народ. Он настолько сильно любил свою мечту и хотел сделать Россию другой страной, что готов был пожертвовать своей зоной комфорта.
У него было какое-то внутреннее чувство своей нереализованной миссии. Ведь не зря ходили все эти разговоры про преемника Ельцина. Немцов чувствовал, что должен продолжить эту линию, когда политики не узурпируют власть под себя, а выступают гарантом Конституции, где написано про свободную Россию, открытую дискуссию в обществе. И он чувствовал эту работу недоделанной. Он хотел довести её до результата.

 

За что убили Бориса Немцова

К сожалению, в большинстве посткоммунистических стран возврат на авторитарный путь – это норма. Потому что население не имеет опыта жизни при демократии. Оно не знает, как защищать свои права. У него просто нет этих навыков.
К сожалению, люди имеют пиетет перед начальством. И это важный психологический барьер, когда им кажется, что у начальства всегда больше возможностей, а они – маленькие люди, которые ничего не смогут.
При этом у нас есть хищные номенклатурные элиты. И они знают, что у народа слабо развиты навыки для защиты своих прав. Такие элиты имеют больше возможностей, имеют доступ к информационным ресурсам и контролю.
Попытки авторитарной реставрации происходили в России всё время. Мы имели ГКЧП, 1993 год, 1996 год, Коржакова с Барсуковым и Сосковцом, Лужкова с Примаковым.
И это неудивительно, что так произошло сегодня – это нам очередной урок. Потому что свобода – такая штука, за которую нужно постоянно бороться. Свобода оказалась сложнее, чем мы думали. Люди должны понять, что надо заниматься политикой и что от этого сильно зависит их жизнь.
По сути, есть только один стимул заставить власть работать в интересах людей. Надо периодически её менять и держать в страхе: если она не справится, её поменяют.
А если этого нет, то люди во власти расслабляются, начинают делать то, что мы видим. И если мы не научимся отстаивать свои права, значит, это будет надолго.

 

 

Борис Немцов видел Россию другой. Он мечтал о стране с конкурентной политикой и экономикой, где при помощи открытой дискуссии нащупывают лучший путь развития. Он любил дебаты и ненавидел тех, кто прячется от открытого разговора, принимая решения кулуарно.
Мы много говорили с ним один на один, и он считал, что его могут убить за политическую деятельность.
Тогда это воспринималось не очень серьёзно. Типа: да кому мы нужны?
Но я видел, что он для себя эту перспективу тщательно анализирует. И за этим всегда следовал вопрос: готов ли он всё бросить из-за рисков быть убитым или отправленным в тюрьму?
Но он всё время тряс головой, как упрямый бычок: нет, они не заставят меня отказаться от того, чем я занимался всю жизнь.
За неделю до его убийства мы виделись на пресс-конференции по оппозиционному маршу, который в итоге превратился в марш его памяти.
Мы сидели за столом, шутили. И сама эта пресс-конференция была символичной: именно он объединил все эти разрозненные оппозиционные силы. Если бы не его личные усилия, то на пресс-конференции не было бы такой коалиции. И самого марша не было бы.
Я думаю, это и есть ключевая причина, по которой они решили от него избавиться. Он выступал мощным цементирующим фактором. Он напирал и говорил разным оппозиционным деятелям: давайте работать на результат.
Немцов был очень важной фигурой, которая консолидировала оппозицию. И если бы он сегодня был жив, то оппозиция давно бы заняла кресла в Государственной Думе и задавала вопросы про прекращение войны, экономический беспредел и т. д.
От одного крупного банкира я слышал, что по убийству Немцова была целая спецоперация. Окончательный приговор ему вынесли после «чёрного вторника» в декабре 2014 г., когда рубль рухнул вдвое из-за того, что против России ввели финансовые санкции и отрезали от международных рынков капитала.
Они считали, что в этом виноват именно Борис Немцов. Потому что он понимал в экономике и объяснял везде – и в Белом Доме, и на Даунинг-стрит, и в Брюсселе, – что надо вводить санкции против банков и компаний, которые зависимы от внешнего долга.
Поэтому они считали его виноватым за то, что это случилось.
Ведь у них какая психология? У них не бывает так, что рубль обвалился из-за того, что они криворукие. У них есть предатель всегда, который будет виновен.

Потеряв Бориса Немцова, Россия потеряла большой заряд энергии, драйва и эмоционального накала в борьбе за свободу. Он был символом этой борьбы, он был её нервом.
Его убийство открыло нам глаза на многие вещи. До этого у многих ещё оставались иллюзии, что да, происходят нехорошие вещи, но всё равно живём, какую-то деятельность можно вести, не убьют же нас, в конце концов.
А тут нам сказали: если хотите заниматься оппозиционной политической деятельностью, которая не нравится власти, то не надо строить иллюзий, это может кончиться чем угодно.
Те, кто испугался, уже уехали.
А другие остались и продолжают работать. Они не боятся. У них не получилось нас испугать. Они нас, наоборот, разозлили.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.