Неутомимый первый вице-премьер нашел живые деньги для бюджета

23.02.2020
Пресса о Немцове. Немцов — вице-премьер, министр топлива и энергетики
Июль 1997 года

Журнал «Коммерсантъ Власть» №27 от 29.07.1997
Ревизия / Добыча министра
Борис Немцов: первая нефть

Неутомимый первый вице-премьер нашел-таки живые деньги для бюджета. Правда, денег будет меньше, чем обещает Немцов, зато их даст возглавляемое им Минтопэнерго.

Первый зампред правительства, 1997 год

 

О том, что очередной жертвой в борьбе за погашение задолженностей бюджета по зарплатам и пенсиям должны стать нефтяники, говорили давно. «А больше некому, — подтвердили мне в Госналогслужбе России. — ‘Газпром’ в прошлом месяце с бюджетом рассчитался, так что теперь только с нефтяников можно получить сразу, и много».

Понятно, что без министра топлива и энергетики здесь не обойтись — его подопечные, их будут разорять. С другой стороны, Борис Немцов еще и вице-премьер — значит, должен думать о бюджете. И он подумал — как о том, так и о другом.

9 июля на своей пресс-конференции Борис Немцов объявил, что нашел новый источник пополнения бюджета — прекращение нефтеэкспорта для финансирования различных госпрограмм. По его словам, уже в этом году найденный источник даст федеральному бюджету 3 трлн рублей. Юридически эта новость была оформлена указом Бориса Ельцина от 8 июля «О мерах по снижению задолженности предприятий нефтяного комплекса по платежам в федеральный бюджет и в государственные внебюджетные фонды».

За счет экспорта нефти финансируются около 30 госпрограмм. Впервые они появились в 1992 году. Из-за отсутствия средств в федеральном бюджете была придумана новая схема их финансирования — с помощью экспорта нефти. Вместо денег правительство выделяло нефтяные экспортные квоты получателям финансирования (например, администрации Чукотки в рамках программы закупок топлива для местных ТЭЦ). Получатели могли покупать нефть внутри страны, экспортировать ее и зарабатывать деньги на свои госпрограммы за счет разницы между внешними и внутренними ценами ($15-20 с каждой тонны нефти). Эту разницу за небольшие комиссионные реализовывали для них нефтетрейдеры.

Готовила революционный указ команда молодых людей, которых привез с собой в Минтопэнерго из Нижнего Новгорода Борис Немцов. Один из них, помощник министра Леонид Сухотерин, внятно объяснил мне алгоритм принятого решения:
«О федеральных программах ничего не знаю. Они нам не интересны. Отменяя их, мы исходили из того, что вокруг таких программ много криминала. Помните уголовную историю «Балкар-Трейдинга»? Он тоже экспортировал нефть для финансирования одной из федеральных программ. Однако мы не искали ответа на вопрос «кто виноват?». Думали, «что делать?»
Вот и придумали. Просто взяли и отменили эти программы.

Правда, «отменили» — неточное слово. На самом деле указ предусматривает лишь то, что госпрограммы не будут финансироваться за счет экспорта нефти. Причем далеко не все. Для программ, заключенных по межправительственным соглашениям, и тех, финансирование которых предусмотрено в бюджете 1997 года, экспорт нефти вовсе не отменяется. Таким образом, реально отмена касается лишь 7 госпрограмм. В 1996 году по ним продали за рубеж около 17,5 млн тонн нефти.

Надо сразу сказать, что оставшиеся в силе нефтеэкспортные программы по объемам поставок и выручке больше, чем отмененные. Указ не затрагивает экспорт примерно 40 млн тонн нефти в год.

Тем не менее новшество Бориса Немцова выглядит очень эффективно. С 1 октября 1997 года экспортные лицензии на снятые с госпрограмм 17,5 млн тонн нефти будут отданы самим нефтедобывающим предприятием. С условием, что они сразу же погасят часть своих долгов государству — на полную экспортную стоимость нефти по выданной квоте.

Очевидно, что большую часть квот получат крупнейшие должники бюджета. Например, «Юганскнефтегаз», задолжавший бюджету 2,9 трлн рублей, «Ноябрьскнефтегаз» (1,9 трлн), «Нижневартовскнефтегаз» (1,1 трлн). Сотрудники этих компаний заявили Ъ, что им в целом выгодна новая схема Немцова. Ведь дополнительные квоты дадут им дополнительные живые деньги. Причем деньги существенно большие, чем если бы они продали ту же нефть внутри страны. И главное — почти сразу же после получения квот, поскольку под них легко получить кредиты на Западе. Следовательно, по этой схеме Немцова деньги и в бюджет поступят почти сразу же.

А почему 3 трлн рублей? Все очень просто. В этом году из 17,5 млн тонн в рамках отмененных программ было экспортировано уже около 12,5 млн. Таким образом, до конца года будут распределяться нефтяные квоты лишь на 5 млн тонн. Этот объем нефти на мировом рынке можно реализовать за $600 млн — вот и обещанные бюджету порядка 3 трлн рублей.

Но это не все. Как рассказали мне в Минтопэнерго, в ближайшие пять лет правительство будет делить квоты на эти 17,5 млн тонн между нефтяными компаниями в зависимости от обязательств компании выплачивать в бюджет те или иные суммы (неважно, долгов или иных налоговых выплат). Общая стоимость этой нефти — более $2 млрд. Естественно, не вся эта сумма поступит в бюджет, но даже часть ее серьезно укрепит его. Таким образом, новшество Бориса Немцова выглядит как находка настоящего и долговременного источника доходов для федерального бюджета. Или, по крайней мере, эффективного инструмента, с помощью которого можно будет получать деньги от нефтяных компаний, не банкротя их.

Однако есть одно «но». В указе президента сказано, что федеральные программы, жившие за счет экспорта нефти, «отменяются в части финансирования». То есть не отменяются в принципе. Как мне удалось выяснить, четыре из них отменить просто невозможно. Две из них — это программы закупки мазута для ТЭЦ Чукотки и Камчатки. Без финансирования этих программ население там просто вымрет. Например, в середине июля именно это объяснял губернатор Чукотского автономного округа Александр Назаров на встрече в Минтопэнерго с Борисом Немцовым. Губернатор рассказал министру, что деньги Чукотке будут необходимы до 2002 года. Лишь к этому времени там освоят свое месторождение газа и смогут самостоятельно обогревать свои города и поселки. В ответ Борис Немцов пообещал, что финансировать Чукотку будут. Очевидно, что после отмены нефтеэкспорта Минфину придется напрямую из бюджета отапливать и Чукотку, и Камчатку.

К таким же не подлежащим прекращению программам относятся, очевидно, реконструкция Кремля и содержание космодрома Байконур. Директор центра эксплуатации наземной космической структуры Байконура Евгений Кушнир рассказал мне, что на минувшей неделе космодром посетил вице-премьер Валерий Серов. С ним, естественно, обсуждались финансовые проблемы содержания космодрома. Итоги встречи Кушнир оценил так: «Мы поняли, что нас хотят финансировать».

Осталось выяснить, насколько не подлежащие отмене программы снижают размах удачи Бориса Немцова. Оказалось, что все эти программы недофинансированы даже в этом году. Например, Чукотка получила лишь около 60% денег, нужных ей на отопление. Таким образом, даже из тех 3 трлн, которые правительство получит в этом году, значительную часть (треть, по оценкам Минтопэнерго) бюджету придется истратить на эти программы. Так что, строго говоря, Борис Немцов нашел не 3, а 2 трлн рублей.

Труднее их будет найти уже в следующем году. Остаются лишь три программы, финансирование которых может быть остановлено. К примеру, постановлением правительства летом 1996 года был выделен 1 млн тонн нефти ($120 млн) для помощи ТОО «Гжель». На эти средства «Гжель» планировало построить завод по производству керамической плитки. Согласитесь, не самая важная продукция.

Такая же судьба, скорее всего, ждет финансирование строительства самолета Ту-324 (пассажирского самолета на 50 мест либо его административной и бизнес-модификаций) на Казанском авиастроительном производственном объединении (КАПО) им. Горбунова. Зимой 1996 года было подписано постановление правительства, согласно которому ежегодно в течение пяти лет на строительство самолета будет выделяться нефть на $80 млн в год. В правительстве мне рассказали, что месяц назад судьба этого проекта практически решилась. Тогда «Аэрофлот» должен был подписать с КАПО соглашение о закупке до 2005 года 20 штук Ту-324. Но гендиректор Валерий Окулов отказал казанским авиастроителям, заявив, что Ту-324 — «это всего лишь проект», поэтому пока он «Аэрофлот» не интересует.

Наконец, третья программа — это выпуск оборудования для производства детского питания. Однако она была отменена чуть раньше нынешнего указа президента — специальным постановлением правительства весной 1997 года.

Три последние программы вместе «тянут» на 8,5 млн тонн нефти. Но даже если все они подлежат отмене, их трудно считать реальным источником поступления дополнительных денег в бюджет в ближайшие годы. Поскольку весь дополнительный эффект отмены этих программ, скорее всего, будет съеден тем объективным обстоятельством, что в ожидании новых квот нефтедобытчики явно не будут спешить с выплатой своих долгов.

Тем не менее новая затея Бориса Немцова не в пример удачнее не менее шумной акции с распродажей правительственных иномарок. Все-таки 2 трлн рублей для бюджета в этом году — это ценная государственная находка первого вице-премьера. А главное — федеральное правительство получило на ближайшие годы дополнительный инструмент влияния и на нефтебизнес, и на те регионы, которых касаются как бы отмененные госпрограммы. И инструмент этот оказывается в руках Бориса Немцова и возглавляемого им Минтопэнерго.

Федеральные программы, для которых отменяется финансирование за счет экспорта нефти:

ЕЛЕНА ВРАНЦЕВА

На самом деле Борис Немцов нашел для бюджета не 3, а 2 трлн рублей. Что тоже очень неплохо для молодого первого вице-премьера

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.