Семьдесят девятый день. Дело об убийстве Немцова. Трансляция «Медиазоны»

04.07.2017
Дело об убийстве политика Бориса Немцова. После оглашения вердикта присяжными
Москва, Госпитальный пер., 4А Московский окружной военный суд

Семьдесят девятый день. Вердикт. Здесь

В Московском окружном военном суде участники процесса по делу об убийстве политика Бориса Немцова начали обсуждать юридические последствия вердикта присяжных. Сегодня гособвинение представило документы, характеризующие подсудимых.

На скамье подсудимых Заур Дадаев, Анзор Губашев, Шадид Губашев, Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев, им предъявлены обвинения в наемном убийстве.

«Медиазона»

Вадим Прохоров отвечает на вопросы журналистов, 29 июня 2017 года. Фото: Denis Tyrin / AP / ТАСС

  • 29 июня, на третий день обсуждения, коллегия присяжных вынесла свой вердикт. Присяжные признали доказанной вину причастность всех подсудимых к убийству Бориса Немцова.
  • Виновность Анзора Губашева присяжные признали единодушно. По двое присяжных усомнились в доказанности вины Заура Дадаева и Темирлана Эскерханова, лишь один — в вине Шадида Губашева. За недоказанность вины Хамзата Бахаева проголосовали четверо присяжных из 12.
  • Никто из обвиняемых, по мнению коллегии, снисхождения не заслужил. Это значит, что обвинению в совершении организованной группой убийства по найму (пункты «ж», «з» части 2 статьи 105 УК) им грозит наказание от 8 до 20 лет либо же пожизненное лишение свободы.
  • Адвокат Дадаева Марк Каверзин назвал вердикт «сфальсифицированным», поскольку, по его мнению, в него были внесены изменения уже после оглашения (фраза «да, виновен», заменена на «да, доказано»).

На сегодняшнее заседание супруга Хамзата Бахаева Галина Гусева пришла с его сыном-школьником, они сели в зале. Гусева не отрываясь смотрит на мужа через стекло «аквариума». Всего в зале не менее 10 родственников подсудимых.
Секретарь суда передала подсудимому Темирлану Эскерханову какой-то документ.
— Это че, подписывать мне? — уточняет он из «аквариума».

Адвокат Эскерханова Анна Бюрчиева показывает журналистам копию опросного листа, который заполняли присяжные при вынесении вердикта. Она говорит, что многие графы остались пустыми — члены коллегии не написали в них «да, виновен» или «нет, не виновен», а лишь указали, как разделились голоса при голосовании.
— Только в ответе на первый вопрос есть надпись «да, доказано». И все, — говорит адвокат.
В зал вошла прокурор Мария Семененко.
— Сейчас будем просить о роспуске, — с улыбкой говорит Бюрчиева.

Судья Юрий Житников зашел в зал. Стороны приступают к изучению характеризующих подсудимых данных и судебно-психиатрических экспертиз, прокурор Семененко перечисляет листы из томов.
— У нас отсутствует Михайлова Ольга, — говорит судья о представительнице потерпевших. Никто не возражает продолжить без нее.
Адвокат Заура Дадаева Марк Каверзин просит дать ему возможность высказаться. Он говорит, что подсудимых сегодня «завели в какую-то комнату, где к ним пришел следователь с понятыми и проводил какие-то следственные действия».
Я не понимаю, почему это происходило, когда тут были адвокаты, — заканчивает Каверзин.

Судья и прокуроры никак не отреагировали на слова Каверзина и прокурор Алексей Львович тут же начинает зачитывать справку о детях Эскерханова и оглашать данные свидетельства о заключении брака и копии трудовой книжки, в которой говорится, что он служил в органах внутренних дел.
— Подождите, — прерывает прокурора судья. Он просит Эскерханова рассказать, где он служил, тот отвечает, что в РОВД Шелковского района Чечни, звание не помнит.
— Прапорщик он, — подсказывает кто-то из зала.
Львович продолжил зачитывать характеристики от каких-то чиновников и от имама, который отметил, что Эскерханов из хорошей семьи, воспитывался в национальных традициях и соблюдает традиции ислама.
Теперь Львович оглашает служебную характеристику подсудимого: Эскерханов зарекомендовал себя с положительной стороны, задачи, стоящие перед ОВД, понимал правильно, регулярно участвовал в спецоперациях и выезжал на места преступления, участвовал в задержаниях членов незаконных вооруженных формирований. Эскерханов подал рапорт об увольнении в декабре 2013 года.

Теперь Семененко зачитывает характеристику на Бахаева от участкового из Малгобекского района Ингушетии, свидетельство о рождении детей Бахаева — всего их шестеро.
— Скажите, а дети проживают с кем? — интересуется Семененко. Бахаев отвечает, что они живут с сестрой. Где мать детей, Ева Салаудиновна Бахаева, он не знает.
— Я с ней развелся, она детьми не занимается, — добавил подсудимый.
У Бахаева гепатит С, заканчивает Семененко.
Продолжает прокурор Львович: он зачитывает ответ управления ФМС руководителю следственной группы Тутевичу о том, что Губашевым и Бахаеву выдавали паспорта в Малгобекском районе Ингушетии; затем такой же ответ от управления ФМС в Чечне по Эскерханову и Дадаеву.
Львович перечисляет документы по Дадаеву: запрос следователя Игоря Краснова главе Нацгвардии Виктору Золотову о сведениях о Дадаеве и его характеристике; в ответе справка, что подсудимый служил, копия личного дела, перечисляются его должности. Характеристика на него положительная: к обязанностям относился хорошо, награжден орденом Мужества. Диплом из Кабардино-Балкарского университета: Дадаев — специалист по государственному и муниципальному управлению, в приложении лист с оценками.
Пока прокурор Львович зачитывает документы, Семененко что-то обсуждает с представителем потерпевших Вадимом Прохоровым.
В одной из справок говорится, что Дадаев близко общался с сослуживцами Юсуповым и Геремеевым.
Из коридора суда доносится лай.

Прокурор читает справку из больницы, данные об артериальном давлении Дадаева. Подсудимый заочно дистанционно изучал юриспруденцию в Московский государственном индустриальном университете в 2014 году, но был отчислен в феврале 2015 года.
Теперь прокурор переходит к справке: о поступлении в СИЗО-2, выявлении телесных повреждений в области коленей, гематомы ушных раковин и другие, полученных «при задержании». Антропометрические данные: рост Дадаева 176 см, вес 75 килограмм.
— Дадаев, слышали документы, которые касаются вас? Какие-то возражения есть? — спрашивает судья.
— Ну, там много наград еще было, я участник боевых действий, ветеран… При поступлении в СИЗО я был весом 68 кг, потом уже 75… — тараторит Дадаев.
— Ну, по наградам еще ваши защитники могут зачитать, — говорит судья. Подсудимые просят объявить перерыв 15 минут.

В холле суда знакомая Эскерханова, которая часто ходит на заседания, недоумевает: прокуроры сказали, что у него пять детей, а в действительности их семеро. Жена Бахаева Галина Гусева возмущена, что о супруге зачитали лишь данные о детях, учебе, и «другой жизни» нет.
Подсудимых на время перерыва выводят из зала. Эскерханов все еще ходит на костылях.

Перерыв окончен. В зал заходит судья Житников. Адвоката Прохорова на месте нет.
Прокурор Алексей Львович продолжает читать документы, характеризующие подсудимых, и переходит к данным об Анзоре Губашеве. При поступлении в СИЗО жалоб на здоровье не было, но зафиксированы повреждения, полученные «в период задержания»: ссадина носа, скуловой области, области шейного отдела, гематома области левого плеча, грудного отдела, лопатки, множественные ссадины подмышек, гематомы на ребрах, спине, ягодицах и голеностопных суставах. Сведений о привлечении к уголовной ответственности нет. На учете у невролога не состоял.

Прокурор зачитывает справки от ГБУ «Жилищник» района Очаково-Матвеевское, от главы муниципалитета, в который входит деревня Козино, данные о росте и весе Губашева из СИЗО-2.
— Алексей Сергеич, зачем нам антропометрические данные? — прерывает его судья.
Теперь похожий набор справок о Шадиде Губашеве. У нарколога и невролога на учете не состоял. В СИЗО поступил 8 марта 2015 года, при осмотре не жаловался, из заболеваний язва.

Гособвинитель возвращается к Бахаеву: данные о его регистрации в Ингушетии, справка о том, чтЛьвович замялся и перешел к другой справке из СИЗО «Лефортово» о состоянии здоровья Анзора Губашева.о он не привлекался к уголовной ответственности; снова данные о заболевании Бахаева.

Судья снова прерывает прокурора.
— Хватит? — тихо спрашивает Львович и продолжает читать — теперь запросы и справки об Эскерханове.
Прокурор перечисляет детей Эскерханова, листает тома дела со справками и иногда что-то зачитывает. Состояние Эскерханова в СИЗО оценивается как удовлетворительное.

Прокурор Львович дочитал 12 том и перешел к 13-му, там также разнообразные справки из больниц, от участковых. Листать тома Львовичу помогает военный прокурор Антуан Богданов. Некоторые справки гособвинитель зачитывает по второму разу.
Львович стал зачитывать документы о наградах, грамотах и благодарственных письмах Дадаева.
— Подсудимый Дадаев, вы слушали данные характеристики, награды, почетные грамоты? Правильно все, согласны? — спрашивает судья.
Тот отвечает утвердительно. Житников задает тот же вопрос Анзору Губашеву, ответ такой же.
У Шадида Губашева претензия к характеристике по месту жительства в Ингушетии. Говорит, что он вырос в станице Вознесенской и там жил, но это не огласили.
Эскерханов не согласен со своей характеристикой. Он отмечает, что обвинение забыло рассказать о двух его младших дочерях. Последняя дочь родилась в прошлом году. Подсудимый добавляет, что жаловался в СИЗО на здоровье, поскольку у него нет одной почки.
— Об этом я тоже не слышал, — возмущается он. Судья поправляет подсудимого: эти данные огласили.
— Еле-еле это слышно, — настаивает Эскерханов.
Бахаев напоминает, что развелся с предыдущей женой и женился на Гусевой в СИЗО.

Прокурор Антуан Богданов начинает читать экспертизу о психическом состоянии Заура Дадаева. Никаких расстройств у него нет, характер своих действий осознавал. В применении медицинских мер не нуждается. Признаков алкоголизма, наркозвисимости нет.
Богданов переходит к психиатрической экспертизе по Анзору Губашеву.
— Подождите. Дадаев, согласны с оглашенной экспертизой? — спрашивает судья Житников. Тот согласен.
Гособвинитель продолжает читать, выводы такие же: осознавал свои действия, в применении медицинских мер не нуждается.
Губашев неразборчиво начинает говорить о каких-то анализах. По его словам, обвинение упустило характеристики про него и брата из мечети в Ингушетии, а также не представило данные о малолетней дочери Шадида.
— Все? — устало говорит судья. Анзор садится обратно на скамью.
Идентичное заключение эксперты сделали и по Шадиду Губашеву. С заключением он согласен.
— На протяжении всего времени нас представляли присяжным, что мы наркоманы, алкоголики, сейчас зачитывают это все, тогда это зачитано не было… — говорит Шадид, затем напоминая о своей язве и назначенной ему диете. — Можно к людям как к людям относиться? Вы закон вообще соблюдаете, не соблюдаете?

Шадид тоже напоминает про дочь. Житников интересуется, есть ли какие-то документы, подтверждающие наличие ребенка. Тот отвечает, что при первом допросе все данные назвал, а документов у него сейчас нет.
— Ну, еще раз назовите, пожалуйста, — злится судья. Дочь родилась в 2008 году. Брак с ее матерью не зарегистрирован.
Эскерханов спрашивает, можно ли приобщить к материалам копии документов своих малолетних детей. После этого Богданов начинает вновь зачитывать экспертизу, теперь об Эскерханове.
— Согласны с заключением?
— Если честно, ваша честь, я даже не понял, там больше юридического языка… Наверное, согласен, — смеется он.
Такая же экспертиза про Бахаева, у него нет по ней возражений.

Теперь судья спрашивает, есть ли какие-то дополнительные документы у защиты, может, свидетели. У защитников Дадаева нет.
Судья предлагает зачитать характеристики братьев Губашевых, которые, как они говорят, не огласилили. У адвокатов этих документов сейчас при себе нет.
Адвокат Анна Бюрчиева напоминает, что у Эскерханова диагноз пиелонефрит.
Защитник Заурбек Садаханов объясняет, что материалы о семейном положении Бахаева потерялись из-за того, что Гусева передала их следователю Камашеву. Он просит изучить ее паспорт и приобщить данные о браке.
— Только копии, к сожалению, с собой нет, — говорит адвокат.
— Какие проблемы? Сделаем! — отвечает судья.
Садаханов показывает паспорт Гусевой, в которой есть штамп о заключении брака.

Встает Дадаев и говорит, что сейчас скажет что-то про Анзора, а то он стесняется. Дадаев рассказывает, что, как и Бахаев, Губашев женился в СИЗО, у него есть свидетельство о браке
Житников просит снять копию со свидетельства, которое находится у супруги, и принести в суд.

Затем Дадаев говорит, что сегодня их допрашивал следователь Москвин из главного следственного управления СК. По его словам, следователь сослался на разрешение судьи, «чтобы нас привели и посадили в аквариум» и допрашивали без адвокатов. Он просит прояснить, что произошло.
— В связи с заявлениями одного из подсудимых в суде направлены материалы в следственный орган для проведения проверки, — говорит Житников, при этом не уточняя, о каких заявлениях идет речь.
Дадаев переспрашивает судью, в связи с чем идет проверка.
— Вы у следователя уточняйте, — отвечает Житников.
Следующее заседание судья назначает на завтра на 13:00. Адвокат Бюрчиева предупреждает, что потом она улетит на другой процесс и в Москву вернется только к утру 12 июля.

В коридоре адвокат Бюрчиева говорит, что заявление, по которому идет проверка, касается избиения и написал его один из братьев Губашевых.

В то же время адвокат Цакаев предполагает, что проверку могут проводить по признакам оскорбления следователя Александра Камашева, который ранее выступал в суде. Точной информации о проверке у адвокатов нет.

Источник:
«Медиазона»


04.07.2017 Одиночные пикеты возле суда над обвиняемыми в убийстве Бориса Немцова. После задержания Михаила Лашкевича и его выхода на свободу пикеты продолжились.
ссылка
На одиночном пикете возле суда над обвиняемыми в убийстве Бориса Немцова был задержан наш солидарист Михаил Лашкевич (Michael Lashkevich), типа указ президента нарушен. Мишу отвезли в Басманное ОВД.
ссылка
Через некоторое время Михаила Лашкевича отпустили Провели беседу, в ходе выяснили, что одиночные пикеты проводить можно), распоряжение о задержании давал Клюев, кто знает, тот поймет.
Потом в ОВД Басманное доставлен Роман Петрищев (Roman Petrischev). Похоже, Роме протокол будут оформлять.
ссылка
Резюме:
Сегодня на одиночных пикетах возле суда над обвиняемыми в убийстве Бориса Немцова последовательно задержали двух пикетчиков, обоих доставляли в ОВД Басманное, первому рассказали, что стоять можно и отпустили без протокола, второму выписали 20.2ч5, хорошо, что не случилось третьего, судя по тенденции.
ссылка

Фотографии — Надежда Митюшкина

Семьдесят девятый день. Дело об убийстве Немцова. Трансляция «Медиазоны»: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s